Органы следствия и надзора Северо-Казахстанской области безальтернативно дали понять, что дальше заниматься делом в связи с гибелью молодого жителя Петропавловская Анатолия Рейбант, наступившей впоследствии избиения полицейскими, не намерены.
Девять лет прошло с момента, когда оборвалась жизнь 25-летнего Анатолия Рейбант.
4 июня 2017 года житель Петропавловска Анатолий Рейбант скончался у себя дома через три месяца после встречи со стражами порядка. Застав его перед отъездом на вахту вместе с другом Анатолием Скатовым за распитием алкоголя в общественном месте, обоих доставили в опорный пункт, оттуда в Центр временной адаптации и детоксикации (ЦВАД), где пятеро полицейских подвергли Рейбант избиениям. В связи с повреждением лицевых костей черепа мужчина умер, захлебнувшись рвотными массами. Однако полиция, а затем и Антикоррупционная служба отказываются видеть в этом причинно-следственную связь. Первый следователь вообще продвигал версию совершения суицида. Все эти годы пожилые родители Рейбант пытаются привлечь к ответственности виновных лиц – полицейских, экспертов, давших ложные заключения, и медработников за неоказание помощи.
(см. «Убийственный рефлекс», «Бег по кругу с препятствиями», «Еще один родительский протест», «Сладких снов прокурорским работникам», «Высший пилотаж игнора», «Сам виноват, что сразу не скончался», «Дело Рейбант: последний виток спирали», «Дело Рейбант: круговая порука держит круговую оборону», «Дело Анатолия Рейбант: нет тела – прощай, дело», «Дело Анатолия Рейбант: концы в землю», «Дело Анатолия Рейбант: издевательство без конца», «Дело Анатолия Рейбант: избавление от останков веры», «Дело Анатолия Рейбант: тайное становится явным», «Дело Анатолия Рейбант: секреты врачевателей»)
После череды закрытий дела и их последующих отмен 29 апреля 2021 года заместитель прокурора Петропавловска поручил провести следственные действия с участием потерпевшей Ирины Рейбант и ее представителя, а также с применением специальных научно-технических средств. Что в итоге, как указывает Ирина Григорьевна, не было выполнено даже частично. При том что статья 193 УПК предусматривает обязательность указаний прокурора для органа досудебного расследования.
О том, что следствие будет сознательно буксовать стало понятно с самого начала, с возбуждения первого уголовного дела по доведению до самоубийства, поскольку следователь не нашел лучшего предположения, чем то, что Анатолий сознательно вызвал у себя рвоту, чтобы свести счеты с жизнью.
Но и с переквалификацией дела на «превышение должностных полномочий» лучше не стало: слишком много фигурантов оказалось волей и неволей в него вовлечено либо с целью увести виновников от ответственности, либо в силу преступной халатности и непрофессионализма.
Родители Анатолия говорили и продолжают утверждать, что местные врачи не провели лечение пострадавшего после обращения по протоколу (последующая проверка предписала устранить нарушения, но скрыв, какие именно), местные судмедэксперты не обнаружили причинно-следственной связи между травмами и наступлением смерти, а также дали заключение о нахождении погибшего в состоянии алкогольного опьянения (первый вывод опровергнут последующей комиссионной экспертизой, второй – Центром судебных экспертиз Алматы). Семья покойного также намеревалась отправить останки на гистологическую экспертизу в Москву, но на тот момент следователь Галиуллин вместе с адвокатом убедили этого не делать, мол, потеряете только время, а дело и так уже почти направлено в суд.
Про пятерку служивых и говорить не стоит: они отделались несколькими опросами со стороны своих коллег.
Показательна роль прокуратуры, которая как тот еще маятник… С одной стороны, раз за разом надзорный орган отменял постановления о прекращении дела и требовал проведения прозрачного расследования, с другой – соглашался с новыми результатами, которые ничем не отличались от предыдущих. До очередной жалобы в вышестоящие инстанции.
Ирине Григорьевне Рейбант в своем стремлении наказать виновных дошла аж до помощника президента (еще были глава уже расформированного Антикоррупционного бюро, депутат парламента и много кто еще). Но как оказалось, даже люди такого уровня бессильны пробить региональную оборону.
Мама Анатолия, которая на протяжении девяти лет требует проведения объективного расследования, выплескивает свое возмущение результатом последнего личного приема в областной прокуратуре:
«Да тут уже никто ни в чем не виноват оказывается, даже уже умудрились на личном приеме 16 июля 2016 скачать, что Толя до 2 марта 2017 года с переломом черепа ходил и сотрудники полиции тут ни в чём не виноваты!»
Еще раньше полицейские также заверяли, что Анатолий сам себе нанес все эти травмы и переломы, только чтобы не дать стражам порядка оказать ему профессиональную помощь.
Но, видимо, и в областной прокуратуре за все эти годы устали переливать из пустого в порожнее и 11 августа сообщили, что переписка с потерпевшей стороной прекращается в связи с отсутствием состава уголовного правонарушения.
Тогда как, еще раз напомним, комиссионная судебно-медицинская экспертиза установила, что повреждения были острой травмой, причиненной тупыми предметами, которыми могли быть кулак или ботинок. И получены они были именно 2 марта 2017 года, то есть в ходе встречи с полицейскими.
Несмотря на то, что областная прокуратура четко обозначила свою позицию Ирина Рейбант еще пытается добиться того, чтобы случай признали исключительным и поручили расследование Службе специальных прокуроров Генпрокуратуры.
Хотя, конечно, по прошествии девяти лет было сделано все возможное, чтобы доказательства утратились со временем, а в случае чего довести дело до истечения срока давности.
При этом часть останков Анатолия Рейбант, взятые при эксгумации для проведения экспертиз, все еще хранятся в акимате сельского округа. И, значит, само дело еще окончательно не похоронено.
