КАЗАХСТАНСКОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ БЮРО ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА И СОБЛЮДЕНИЮ ЗАКОННОСТИ

Там, где закон предписывает мониторить, исполнители запрещают. При этом запрет касается не только простейших финансовых операций, но и самих людей, на которых тем самым наложен не предусмотренный никаким законом ярлык «запрещённые лица».


Правозащитные организации Казахстана уже не раз обращали внимание на появление не предусмотренных действующим законодательством списков лиц, чьи гражданские, имущественные и иные личные права резко ограничены в связи с тем, что когда-то прежде эти граждане были осуждены по «экстремистским» статьям. См. об этом статью «Взять и всего лишить» директора КМБПЧ Евгения ЖОВТИСА, опубликованную 1.02.2018.

Фигуранты таких списков либо давно отбыли полученные ими когда-то тюремные сроки, либо были освобождены из мест лишения свободы условно-досрочно, а исходный срок заключения ещё не кончился, либо были осуждены не к лишению, а только к ограничению свободы. Во всех этих случаях некоторые правовые ограничения законом предусмотрены, однако далеко не такие, с которыми сталкиваются бывшие «экстремисты» в связи с нахождением их фамилий в загадочных списках.

А теперь всплыла ещё и такая смачная деталь («вишенка на торте» – есть сейчас такое модное выражение в текстах московских авторов либерального дискурса), как явочное появление особого термина – «запрещенные лица». 

Сегодня, 23 мая, об этом сообщил на своей странице в Фейсбуке бывший лидер запрещённой в 2012 году по обвинению в экстремизме Народной партии Казахстана «Алга» Владимир Козлов, осуждённый в том же году также по «экстремистскому» обвинению к 7,5 годам лишения свободы, а летом 2016-го освобождённый условно-досрочно. Воспроизводим ниже этот пост Владимира КОЗЛОВА с минимальными сокращениями:

«На днях обратился к нотариусу, для оформления доверенности. Как только нотариус внесла мой ИИН в базу, вылетела табличка с текстом, который до того стилистически уникален, что это нужно цитировать: «ДАННОЕ ЛИЦО НАХОДИТСЯ В СПИСКЕ ЗАПРЕЩЕННЫХ ЛИЦ».

Чем запахло, друзья? "Запрещенные лица" - это из какой эпохи? И что, у кого то еще есть сомнения в том, откуда родом все те, кто называет себя властью?

Пояснение: мои данные находятся в списке осужденных по статьям УК РК, относящимся к экстремизму и терроризму; моя статья 164 ч.3 (по новому УК статья 174), конкретный вид возбуждаемой розни – социальная.

Финансовые операции лиц из этого списка, согласно законодательству, подлежат мониторингу со стороны соответствующего комитета Минфина РК. Но фактически мониторинг замещен прямым запретом на любую финансовую операцию. Оно и понятно, всё по-нашему: зачем что-то мониторить, напрягаясь за ту же зарплату? Запретить – и мониторить будет нечего, и нарушений не будет.

Теперь вот оказывается, что и нотариальные услуги, каким то непостижимым боком, тоже под запретом. К примеру, моя жена не сможет поехать с моими детьми отдыхать к моим родителям, которые сейчас живут за пределами РК, т.к. я не смогу оформить доверенность жене на наших детей. 

Тупые вы там, наверху! Уже на генетическом уровне, в нескольких поколениях. Еще один побочный эффект многолетней коррупции в образовании и медицине!»

* * *

На сообщение Владимира Козлова откликнулся правозащитный журналист Сергей ДУВАНОВ, руководитель информационно-мониторингового центра нашего Бюро (просим не путать прилагательное «мониторинговый» в названии центра с глаголом «мониторить» в сообщении Владимира Козлова). На всякий случай поясним, что на своей странице в Фейсбуке Сергей выступает в сугубо личном качестве как популярный блогер. Итак, вот его пост:

«Ну вот, приплыли! В нашей стране появились не только запрещенные газеты и сайты, партии и общественные движения, но и запрещенные люди. Власти де-факто ввели категорию запрещенных граждан, которые резко ограничены в правах на полноценную жизнь. Этакое клеймо на лбу, которое проявляется, как только чиновник набирает их фамилию в базе данных.

Одного из «запрещенных» я знаю лично. Это Владимир Козлов. Поверьте мне, отличный мужик, доказавший, что он не ломается даже в самых тяжелых условиях, верен своим принципам и слову. И с порядочностью у него всё нормально. Короче, настоящий мужик, с которым не страшно пойти не только в разведку, но даже на митинг. Если все, кого власти запретили такие как Владимир, то я за них, и почту за честь встать в их ряды. При такой власти уж лучше быть запрещенным, чем пользоваться остатками политических и гражданских прав в статусе разрешенного.

И ведь этот процесс пошел. Тех, кто с ними не согласен, власти переводят в статус запрещенных, надеясь, что это ограничит их возможности выражать несогласие с их политикой ограничения прав и свобод граждан.

Что ж, пускай запрещают всех, кто с ними не согласен. Чем больше в стране будет таких запрещенных, тем быстрее до остальных дойдет, что с этой властью каши не сваришь, что жить в этакой стране в статусе разрешенного – это значит соглашаться с тем, что делают власти в части прав и свобод».

* * *

В завершение своего поста автор выражает надежду на формирование у так называемого обычного человека понимания того, что если кого и следует запрещать, то отнюдь не тех, кого сейчас объявляют «запрещенными лицами», а с точностью до наоборот  – тех, кто додумался запрещать живых людей.

Нам же по прочтении обоих постов остаётся поделиться с предполагаемым  читателем несколькими литературных аллюзий, возникавшими по ходу чтения обоих воспроизведённых выше интернет-постов. Например, вспомнить строки из песни Владимира Высоцкого: «Как ни спеши – всё тебя опережает / Клейкий ярлык, как отметка на лбу…» И ещё из другой песни того же автора: «Обложили меня, обложили, / Гонят весело на номера!»

А ещё хотелось бы адресовать читателя к роману современного российского писателя Дмитрия Быкова «Списанные» (2008). Герой романа, мой однофамилец и двойной тёзка моего коллеги Дуванова – 28-летний московский киносценарист Сергей Владимирович Свиридов обнаруживает себя и ещё несколько десятков москвичей в некоем загадочном списке, из какового факта для его фигурантов проистекает множество больших и малых неприятностей. В завершающем эпизоде романа «списанты»  готовятся выйти во Всемирный день прав человека 10 декабря 2007 года на проспект Сахарова с обращённым к властям транспарантом «Всех не перепишете!»

И ещё в заключение – небольшой анонс. В ближайшие дни (возможно, это будет накануне отмечаемого в Казахстане в последний день мая Дня памяти жертв политических репрессий) в казахстанские суды первой инстанции будут поданы подготовленные юристами нашего Бюро иски о признании незаконными всевозможных списков «запрещённых лиц» и основанной на них практике наложения на граждан РК запретов и ограничений. О том, как будет проходить рассмотрение этих исков в судах, мы обязательно расскажем.

Присоединяйтесь к обсуждению публикации на Facebook: