КАЗАХСТАНСКОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ БЮРО ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА И СОБЛЮДЕНИЮ ЗАКОННОСТИ

Ровно сорок дней назад, 13 марта 2018 года, в Есильском районном суде Астаны было вынесен решение о признании общественной организации «Демократический выбор Казахстана» (ДВК) экстремистской организацией со всеми вытекающими последствиями.


Какими именно – разъяснила на следующий день Генеральная прокуратура РК в выступлении своего пресс-секретаря Оксаны Лоскутовой.

Какого-либо иного текста данного заявления, а тем более самого решения Есильского райсуда мы за всё прошедшее с тех пор время так и не увидели. Также ничего не известно о том, как проходил судебный процесс по делу о признании ДВК экстремистским движением, какие именно действия или заявления ДВК были признаны экстремистскими, представлял ли кто-либо на процессе сторону ответчика, т.е. сам ДВК (истцом-обвинителем выступала Генпрокуратура, как явствует из выступления её пресс-секретаря от 14 марта). Была ли на процессе хотя бы какая-то защита, привлекались ли свидетели со стороны Генпрокуратуры, не говоря уже о свидетелях защиты со стороны ответчика.

Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности обратилось в судебные инстанции с запросом по поводу незаконного засекречивания данного судебного решения либо отсутствия его в природе, однако какого-либо ответа на свое обращение до сих пор не получило.    

Немногая конкретика, которую можно было выудить из вышеупомянутого заявления пресс-секретаря Генпрокуратуры, заключалась в односложных упоминаниях о неких «призывах к свержению конституционного строя» (какие призывы, кто, кого и к чему призывал – ничего не говорилось) и «создании негативного образа власти за рубежом». Однако такого состава преступления вообще не содержится в действующем Уголовном кодексе, так что проявлением экстремизма оно считаться не может.

При столь куцей конкретике выступление представителя Генпрокуратуры было наполнено угрозами в адрес членов и сторонников ДВК, причём критерии принадлежности к запрещённой организации и поддержки её деятельности предлагались чрезвычайно размытые. Согласно заявлению, уголовному преследованию подлежало любое воспроизведение и цитирование любых исходящих от ДВК текстов, любая демонстрация символики ДВК, оставление любых позитивных и нейтральных (!!) комментариев и даже простых «лайков» под любыми постами про ДВК в соцсетях.

Напомним, что о создании современный ДВК объявил в 2017 году находящийся вот уже много лет в эмиграции бизнесмен и политик Мухтар Аблязов, полтора десятилетия назад бывший одним из учредителей первого «Демвыбора» (ноябрь 2001 г.). Тот первый ДВК активно действовал в стране в 2002-05 годах, а преемником его была в 2006-12 годах Народная партия «Алга», причём обе эти организации поочерёдно закрывались в 2005-м и 2012-м годах решениями двух районных судов и городского суда Алматы. Те судебные процессы были хотя бы гласными, то сейчас всё было произведено под покровом тайны.

Более того, дело не ограничилось одними секретными судами и грозными заявлениями. В тот самый день 13 марта, когда в северной столице оглашали судебное решение, а в Генпрокуратуре ещё только готовили своё заявление, в южной столице полицейские из ДВД Алматы задержали интернет-дизайнера Акмарал Тобылову по подозрению в поддержке экстремистской организации «Демократический выбор Казахстана». В чём именно выражалась поддержка и не означает ли применение решения о запрете ДВК буквально в день его вынесения, нам неизвестно.

14 апреля Алмалинский районный суд южной столицы вынес постановления о помещении Тобыловой под домашний арест на два месяца, а 12 апреля тот же суд заменён домашний арест на освобождение под залог в 2,5 миллиона тенге. Это было воспринято как заметное облегчение положения арестованной (сообщалось, что Акмарал беременна, а условия домашнего ареста не позволяли ей даже посетить врача-гинеколога в поликлинике). Возможно, здесь имело место некоторое реагирование со стороны казахстанских властей на заявления международных правозащитных организаций в защиту Акмарал Табыловой вплоть до признания её узницей совести в специальном заявлении Amnesty International в конце марта.

А накануне празднования 22 марта дня весеннего равноденствия Наурыз в социальных сетях прошла информация о намерении активистов запрещенного девятью днями ранее общественного движения ДВК использовать проводимые во всех населенных пунктах Казахстана праздничные гуляния для выражения протеста против запрета путем демонстрации воздушных шаров голубого цвета с символикой ДВК.

В связи с этими слухами и с целью не допустить таковой демонстрации органы внутренних дел и прокуратуры по всей стране начали кампанию по вручению официальных предостережений об уголовной и административной ответственности за поддержку запрещенной организации ДВК. В некоторых случаях у «предостерегаемых» брали устное или письменное обязательство не выходить на улицу 22 марта, в других случаях форма возможной поддержки ДВК не конкретизировалась. В отдельных случаях «предостерегаемого» вынуждали произнести на видеозапись «признание» об отказе от поддержки ДВК или об осуждении ее деятельности. Всего известно о вручении 8-и предостережений в Алматы, 3-х в Астане, по 2 в Актау и Уральске, по 1 в Атырау, Кокшетау, Павлодаре, Петропавловске и Семее и Шымкенте – итого 21 случай.     

Непосредственно в день празднования Наурыза в местах массовых гуляний полицейские массово задерживали людей, гулявших с голубыми и синими воздушными шариками. При этом неизвестно ни одного случая проноса шарика буквами «ДВК», полиция же реагировала на один лишь цвет шариков. Также не было известно случаев доставки задержанных «за шары» в полицейские участки или составления протоколов об административном правонарушении. Как правило, полицейские просто отбирали у гуляющих и уничтожали на месте (протыкали) надувные шарики «крамольных» расцветок, ничего не объясняя их владельцам, которых отпускали с миром, записав их паспортные данные.

Гораздо жёстче обошлись в тот день с известным гражданским активистом Сахиб Жанабаевой. Она пришла к главному месту празднования Наурыза на алматинской площади Астаны, сопровождая свою старшую подругу – инвалида-колясочницу, в прошлом военную лётчицу и героиню Второй мировой войны. Увидев в руках Жанабаевой шар голубого цвета, на женщину набросились с угрозами чиновники из отдела внутренней политики городского акимата, а затем и пришедшие им на подмогу полицейские. По словам Сахиб Жанабаевой, ее ударили об бетонный турникет, порвали на ней платье, поволокли по асфальту и выбросили за ограждение площади.

Жанабаева обратилась с жалобой в Алмалинское РУВД, но там отказались принимать ее заявление. Когда же она дозвонилась до городской прокуратуры Алматы, то  дежурный прокурор предложил обращаться в администрацию президента. При этом он сослался на то, что ему уже передали о принадлежности Жанабаевой к «оппозиционной банде Аблязова», то есть к запрещенной организации ДВК. В конце концов жалобу Сахиб Галиевны приняли к рассмотрению в прокуратуре Алматы, однако за прошедший месяц никаких видимых действий по её проверке не предпринималось.

Тема запрета ДВК как «экстремистской организации» присутствовала также в сюжетах с ещё двумя женщинами соответственно из западного и южного регионов Казахстана. Причем в первом случае дело началось ещё за неделю формального до запрета ДВК, а во втором – спустя две недели после него.

5 марта в Атырау было возбуждено уголовное дело в отношении студентки нефтяного колледжа Дианары Мукатовой. В постановлении о возбуждении дела основанием для него называлось заявление некоей жительницы Атырау о том, что Мукатова в Facebook'е «занимается пропагандой национальной розни». На этом основании у Мукатовой изъяли телефон и компьютер, а 7 марта вызвали в областной департамент внутренних дел, где на нее оказывали давление, угрожая посадить ее саму и расправиться с родственниками. В итоге девушку вынудили прочитать на видеозапись текст, в котором говорились, что она «публиковала посты в Facebook'е, чтобы стать популярной» и потому что «была активисткой ДВК, но теперь не поддерживает эту организацию».

А 31 марта в Шымкенте блогер и активистка Ардак Ашим была принудительно госпитализирована в психоневрологический диспансер согласно судебному  постановлению, в котором говорится, что женщина страдает «затяжным психическим расстройством», выражающимся в «стремлении распространять негативную информацию» с критикой местных властей. Принудительной госпитализации Ардак Ашим предшествовал обыск в ее доме и допрос в областном ДВД по уголовному делу по фактам «возбуждения социальной розни» в публикуемых ею постах в Фейсбуке.

У Ашимовой изъяли компьютер, ноутбук и смартфон. В ходе допроса Ашимову спрашивали о том, причастна ли она к запрещенному судом в Астане движению ДВК, и отпустили после взятия расписки о том, что она не выйдет из дома на улицу с голубыми шарами в голубой одежде в период с 21 по 24 марта. А еще через десять дней последовала госпитализация в психбольницу с политическим диагнозом.

Все вышеописанные факты свидетельствуют о сугубо политическом характере преследовании общественного движения «Демократический выбор Казахстана» и его реальных, а тем более гипотетических членов и активистов. Мы призываем власти Казахстана прекратить таковые действия и в целом отказаться от попыток расправы со своими политическими оппонентами юридическими, а тем более псевдоюридическими методами. Всё это никак не соответствует наступлению календарной весны, с которым традиционно ассоциируется образ весны политической.

Присоединяйтесь к обсуждению публикации на Facebook: