Комитет ООН по правам человека признал власти Казахстана нарушителями целого ряда положений Международного пакта о гражданских и политических правах в отношении общественных деятелей из Атырау Макса Бокаева и Талгата Аянова. Но вряд ли им стоит рассчитывать на то, что «новый Казахстан» поспешит исправлять косяки «старого».
Напомним, что Бокаев и Аян были арестованы в 2016 году после «земельного митинга» проведенного в Атырау после того, как оба общественных деятеля, подали заявления на митинг и получили отказ. Митинг, давший пульс другим протестным акциям, в итоге приведшим к мораторию на продажу земельных наделов иностранцам, прошел в формате диалога народа и властей. Аким Атырауской области Нурлан Ногаев заверил, что никто из участников митинга не будет подвержен преследованиям, после чего Аяна и Бокаева задержали в административном порядке и далее обвинили по трем статьям уголовного кодекса (распространение заведомо ложной информации; возбуждение социальной розни, организация несанкционированного митинга) и осудили на пять лет лишения свободы каждого.
В соображениях Комитета ООН по правам человека отмечается, что в феврале 2017 года авторы были включены в список лиц, связанных с террористической и экстремистской деятельностью в Казахстане, в соответствии со статьёй 12 казахстанского закона о противодействии отмыванию денег и терроризму. Это лишает их возможности осуществлять какие-либо финансовые операции, что, в частности, влечёт за собой ограничения на открытие и/или использование банковских счетов и страховых услуг (где они находятся и поныне), а также им вынесен дополнительный запрет на три года на занятия общественной деятельностью.
Особое внимание Комитет уделил тому, что Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям в 2017 году признала таковым тюремный срок Бокаева и Аянова за использование своего конституционного права на мирный протест и выражение мнения. Несмотря на требования Рабочей группы немедленно освободить осужденных и выплатить компенсацию за государственный произвол, Акорда проигнорировала эти требования.
Также в своих заключениях эксперты Комитета указывают на множественные нарушения, допущенные в отношении Бокаева, пока он отбывал свое «произвольное» наказание. Это помещение в колонию вдали от дома, неоказание медицинской помощи и безосновательные наложения дисциплинарных взысканий, сопровождавшихся помещением его в строгие условия содержания с запретом на контакты с внешним миром.
Комитет считает, что вышеуказанные действия властей ущемляют права авторов на свободу выражения мнения и свободу собраний, и продолжает настаивать, что государство-участник не привело никаких конкретных оснований в обоснование необходимости ограничений, наложенных на авторов в соответствии с требованиями пункта 3 статьи 19 Пакта, которые включали административный арест, осуждение по уголовному делу и дополнительные ограничения, такие как внесение их в список лиц, связанных с террористической и экстремистской деятельностью в Казахстане, а также запрет на участие в общественной деятельности в течение трех лет.
Более того, государство-участник не доказало, что выбранные меры были наименее ограничивающими по своему характеру или соразмерными интересам, которые оно стремилось защитить. В отсутствие каких-либо объяснений относительно того, как ограничения, наложенные на авторов при осуществлении ими права на свободу выражения мнения, были оправданы с точки зрения условий необходимости и соразмерности, Комитет считает, что государство-участник нарушило права авторов, предусмотренные статьей 19, пункт 2, Пакта. 17.
Кроме того, Комитет также считает, что «государство-участник нарушило права г-на Бокаева, предусмотренные статьями 10 (1) и 17 (1) Пакта. 11. В соответствии со статьей 2 (3) (а) Пакта государство-участник обязано предоставить автору эффективное средство правовой защиты. Это требует от него предоставления полного возмещения лицам, права которых по Пакту были нарушены. Соответственно, государство-участник обязано предоставить адекватную компенсацию за причиненный ему моральный и материальный ущерб. Государство-участник также обязано принять все необходимые меры для предотвращения подобных нарушений в будущем».
На все про все Комитет отвел государству-нарушителю 180 дней.
Решение было вынесено 13 марта этого года. Рассмотрение кейса заняло почти восемь лет. Жалоба от бывших политзаключенных была подана Всемирной организацией против пыток, ОО «Кадір-қасиет» и Казахстанским международным бюро по правам человека.
Хотя по опыту Казахстан практически всегда игнорировал выполнение требований правозащитных механизмов ООН. С учетом того, что новая Конституция теперь уже и де-юре не предполагает прерогативу международных договоров над местным законодательством, вряд ли Бокаеву и Аяну, равно как и другим жертвам политических преследований стоит на что-то рассчитывать, кроме как на моральное удовлетворение.
ФОТО: газета «Ак Жайык» (Атырау)
