КМБПЧ – Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности

Суд на вопрос «Почему?» просто ответил «Потому!» (ПРЕСС-РЕЛИЗ)

13.08.2018

В мае 2018 года адвокат Алматинской областной коллегии адвокатов Инара Масанова, действующая в интересах четырех граждан Казахстана, при поддержке Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности обратилась в Есильский районный суд г.Астаны с заявлением к Министерству финансов РК, Министерству юстиции РК, Министерству внутренних дел РК, Министерству иностранных дел РК, Генеральной прокуратуре РК и Комитету национальной безопасности РК.

Предметом обращения в суд явилось оспаривание совместного приказа вышеупомянутых государственных органов, изданного в январе 2016 года, в соответствии с которым были утверждены Правила составления и доведения до государственных органов перечня организаций и лиц, связанных с финансированием терроризма и экстремизма.

Поскольку все вышеуказанные граждане были включены в этот перечень, что повлекло серьёзные нарушения их права собственности и ряда других гражданских прав, в частности невозможность пользоваться своими банковскими счетами по своему выбору, получать различные государственные услуги, открывать ИП и т.д., они решили обратиться в суд с заявлением об оспаривании данных Правил.

Нужно отметить, что эти граждане были осуждены за так называемые «экстремистские» преступления (понятие «экстремизм» юридически в международном праве не определено), причём, главным образом, за возбуждение различных видов розни (социальной, религиозной).

При этом они не были осуждены за финансирование экстремизма или терроризма, а в приговоре им не был определён такой вид наказания, как ограничение права собственности и других прав после освобождения из мест лишения свободы или во время и после отбытия наказания. Кроме того, данные Правила не являются частью уголовного законодательства Республики Казахстан и, соответственно, не могут являться основанием для какого-либо ограничения прав, не указанного в уголовном законодательстве и приговоре суда в связи с совершенными ими преступлениями.

В поданном в суд заявлении было указано, что данные Правила, по мнению заявителей, противоречат Конституции РК, Уголовному кодексу РК, а также Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма, ратифицированной Республикой Казахстан, поскольку необоснованно и незаконно ограничивают права граждан.

Глава 30 Гражданского процессуального кодекса РК представляет гражданам, на которых распространяется действие нормативного правового акта, и считающим, что принятым и опубликованным в предусмотренном законом порядке нормативным правовым актом нарушаются их права и законные интересы, гарантированные Конституцией и законами Республики Казахстан, право обратиться в суд с заявлением о признании этого нормативного правового акта противоречащим закону полностью или в отдельной части.

Адвокатом и заявителями были подготовлены серьёзные аргументы в поддержку своих требований и даже подготовлено ходатайство в суд с просьбой приостановить производство и обратиться в Конституционный Совет РК для проверки конституционности отдельных положений Закона РК о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, на основании которых и были приняты данные Правила.

Но 3 июля 2018 года судья Есильского суда РК Бахыт Батталова вынесла определение, повергшее нас в юридическое изумление.

Судья отказала даже в принятии заявления, указав, что оно не подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку, цитируем: «требования заявителей связаны с  признанием Правил несоответствующими международным обязательствам, а в соответствии с нормами ГПК не могут быть оспорены в суде международные договоры».

Во-первых, в заявлении черным по белому было указано, что заявители в полном соответствии с главой 30 ГПК РК оспаривают законность совместного приказа вышеуказанных госорганов, которым утверждены соответствующие Правила. Никакой международный договор заявители не оспаривали.

Во-вторых, согласно ст.6 Закона РК о правовых актах «международные договоры, ратифицированные Республикой Казахстан, имеют приоритет перед ее законами и применяются непосредственно, кроме случаев, когда из международного договора следует, что для его применения требуется издание закона». А согласно ст.49 этого Закона «в соответствии с компетенцией, установленной Конституцией Республики Казахстан и другими законодательными актами, органами и должностными лицами государства, обеспечивающими законность нормативных правовых актов, являются: 1) Конституционный Совет Республики Казахстан; 2) суды».

В связи с этим, по нашему мнению, суды обязаны в случае обращения граждан устанавливать законность нормативного правового акта, в том числе с точки зрения его соответствия международному договору, ратифицированному Республикой Казахстан. Об этом прямо сказано и в ст.6 «Законность» ГПК РК: «суд при рассмотрении и разрешении гражданских дел обязан точно соблюдать требования Конституции Республики Казахстан, конституционных законов Республики Казахстан, настоящего Кодекса, других нормативных правовых актов, подлежащих применению международных договоров Республики Казахстан».

В-третьих, заявители указали на несоответствие этого приказа и Конституции РК, и Уголовному кодексу РК, которые указаны в ст.298 ГПК РК как те, на соответствие которым проверяется законность оспариваемых нормативных правовых актов.

Наконец, судья указала в качестве основания для отказа в принятии заявления ч.1 пп.1 ст.151 ГПК, то есть то, что «заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства», причем по совершенно непонятным нам причинам, если учитывать, что мы не оспаривали международный договор, но помимо этого полностью проигнорировала требования пункта 4 той же статьи ГПК РК, а именно: «в определении суда об отказе в принятии искового заявления указывается, в какой орган следует обратиться истцу, если дело не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства».

Обоснованно полагая, что данное определение не соответствует требованиям ГПК РК, мы обратились с частной жалобой в суд города Астаны, в которой указали всё вышеизложенное, и полагали, что суд апелляционной инстанции как-то вернет правовую ситуацию в русло закона  и здравого смысла.

Но 7 августа 2018 года получили уже определение судьи этого суда Гульмиры Каженовой, которое привело нас в состояние юридического изумления «номер два».

На все изложенные нами возражения и аргументы суд апелляционной инстанции ответил, считаем необходимым процитировать основную часть этого определения (пунктуация и стилистика оригинала сохранена): «Судом первой инстанции установлено, что Правила были приняты во исполнение Закона Республики Казахстан «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путём и финансированию терроризма», который в свою очередь был принят в связи с присоединением Республики Казахстан к «Международной конвенции о борьбе с финансовым терроризмом» (Нью-Йорк, 10 января 2000 года), Казахстан присоединился к Конвенции Законом Республики Казахстан от 2 октября 2002 года.

Суд первой инстанции, при отказе в принятии заявления, исходил из того, что данное заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, на основании ч.1. пп.1 ст.151 ГПК Республики Казахстан.

Данные выводы суда являются обоснованными, соответствующими требованиям ст. 151 ГПК.

При таких обстоятельствах определение суда является законным, доводы частной жалобы на правильность принятого судом определения не влияют и не могут служить основанием к его отмене».

Помимо того, что судья суда апелляционной инстанции не знает, как правильно называется «Международная конвенция о борьбе с финансированием терроризма», так в своем определении суд не ответил ни на один довод частной жалобы.

Ни на то, что мы оспариваем не международный договор, а в полном соответствии с главой 30 ГПК РК совместный приказ государственных органов как раз с точки зрения его законности и соответствия тем самым законам и международному договору, в связи с которыми он якобы был принят, а ещё и Уголовному кодексу РК.

Ни на то, что если суд установил, что данный вопрос не может  быть рассмотрен в порядке гражданского судопроизводства, он обязан указать: в какой орган заявители должны обратиться.

Ни почему доводы нашей частной жалобы ни на что не влияют, и никаким основанием ни для чего служить не могут.

Фактически суд на наш вопрос «Почему?» просто ответил «Потому!».

Мы, естественно, будем продолжать обращаться для пересмотра этих определений, но не можем избежать некоторых обобщений.

Если предположить, что вынесшие такие определения судьи сделали это по причине недостаточной квалификации и профессионализма, то как они вообще могут отправлять правосудие?

Если же по делу, где заявление касается оспаривания нормативного правового акта, изданного Генеральной прокуратурой РК, Комитетом национальной безопасности РК, Министерством внутренних дел РК, Министерством юстиции РК и другими важными государственными органами, можно предположить, что судьи решили таким образом отказаться от рассмотрения такого дела по существу, то может встать не менее серьёзный вопрос вообще о независимости нашей судебной системы.

13 августа 2018 г., г.Алматы


Добавить комментарий