КМБПЧ – Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности

Рука возмездия

13.10.2014

Кушмурунцу Виталию Донцу едва удалось выжить после
прессинга, устроенного ему полицейскими этим летом. Виталий и сейчас говорит,
что не стал бы жаловаться на побои (такой уж он человек!), если бы после
памятной встречи с упырями в погонах не столкнулся с опасностью потерять
работу, семью и… руку.

 

Совсем недавно мне пришлось разбираться в деле его
односельчанина – жителя поселка Кушмурун Александра Альбрандта, который тоже
сообщил о зверских побоях и пытках, устроенных ему местными полицейскими (см.
“Не прикладайте рук!”, “Время” от 11.9.2014 г.). Представьте себе, мучители
нашего нового героя – те же самые люди.

 

– В поселке давно
уже обсуждают ЧП, случившееся с Александром,
– говорит Виталий Донец. – Мои родные хорошо знакомы с ним, а его сын
работает у меня в подчинении. Мы поняли, что его дело сдвинулось с мертвой
точки, после того как эту историю предали огласке. Альбрандту начали помогать
юристы из Бюро по правам человека. Он рассказал нам, как надо действовать, и
после общения с ним я понял: у наших полицейских пытки – дело обычное.

 

Мы решили пока не называть имена сотрудников ОВД, на
которых указывают пострадавшие. Ждем, к чему придет следствие. Впрочем, уже
сейчас можем привести комментарий пресс-службы ДВД, руководитель которой
Адильбек Нурмахин заявил:

 

– В отношении троих
наших сотрудников из Кушмуруна меры пока не приняты. Мы дожидаемся результатов
расследований, которые ведутся Агентством по делам госслужбы и противодействию
коррупции. В любом случае никто не станет замалчивать острые факты. Жесткая
реакция на случаи нарушения закона – это наша принципиальная позиция, а их
огласку мы считаем одной из мер профилактики для личного состава.

 

У этого дела была своя предыстория, связанная с семейными
неурядицами Виталия. Об этом он откровенно рассказал нам в своем интервью.

 

– Случилось так,
что моя дочь, не успев окончить школу, забеременела и ушла жить к своему
возлюбленному,
– рассказывает Донец. – Что
мы только ни делали – все без толку. Вот такая любовь там случилась. В школе,
конечно, восприняли это как ЧП. Многое нам пришлось выдержать, всякие
разбирательства. В конце концов школьная администрация поставила такое условие:
если дочь выйдет замуж, ее отчислят и доучиваться ей придется в другом учебном
заведении. А вечерней школы у нас нет. На этой почве у нас, конечно, случился
сильный разлад. И вот в конце июня мне говорят, что видели дочь с сожителем в
центре поселка. Я сразу же рванул туда на мотоцикле “урал” – сказать, чтобы не
дурила, домой пришла. А путь мой лежал через отдел полиции, который расположен
по соседству с моим домом. Вполне может быть, пролетел на большой скорости…
Не найдя дочери, вернулся. Недалеко от дома мотоцикл заглох, я его дотолкал до
ворот. Зашел домой в растрепанных чувствах. Налил стопку, выпил. А тут и
незваные гости пожаловали.

 

Виталий вышел на улицу и увидел троих людей в гражданской
одежде. Он признал в них полицейских, которые сразу же попытались его
задержать.

 

– Они возмущались
тем, что я проехал мимо них на высокой скорости и не остановился, сказали,
чтобы сел в их машину. Я отказался. Сразу же за это получил по ребрам, в живот,
по затылку. Попытался защититься – посыпались еще более сильные удары. Я упал
на землю. Меня стали пинать. На улицу выбежали жена и малолетняя дочь. Все
происходило на их глазах. В дело пошел газовый баллончик. Его содержимым мне
залили все лицо. Досталось перцовки и жене…

 

В конце концов, стянув Виталию руки сзади наручниками,
они затолкали его в машину и увезли. По дороге экзекуция продолжилась.

 

– Один из
полицейских находился рядом со мной, другой – рядом с водителем, третий – за
рулем. Тот, что рядом, поднимал меня за плечи и подставлял под удары сидящего
спереди коллеги. Чувствую, что уже не могу, прошу их: дайте передохнуть. Слегка
отдышавшись, говорю: мол, все, можете действовать дальше. И они стали бить с
новой силой…

 

Как вспоминает Донец, побои он получал и в отделении, и
по дороге в Аулиекольскую райбольницу, куда его доставили для проведения
медицинского освидетельствования на предмет алкогольного опьянения. Перед
кабинетом врача полицейские предупредили: мол, не вздумай жаловаться, иначе
точно костей не соберешь. Он попросил ослабить наручники, так как левая рука
онемела. Ему ответили: если подпишешь протокол, снимем браслеты.

 

– Пришлось
пообещать,
– говорит Виталий. – Когда
сняли наручники, вижу – кисть висит, не слушается, я ее не чувствую. Попросил
врача, чтобы тот отметил в своих бумагах повреждение руки. Ну а потом подписал
протокол, чтобы сдержать данное слово.

 

Это случилось уже в здании РОВД. Протокол в нарушение
всех процессуальных норм был составлен со слов избивавших Виталия полицейских.
Затем он под их диктовку написал, что управлял мотоциклом, будучи пьяным.

 

– На следующий день
был суд. Судья прекрасно видела, в каком я нахожусь состоянии, и понимала, что
меня избили, но этот вопрос предпочла обойти. Удовлетворилась объяснением, что
я упал. В суде я говорил все, как мне приказали полицейские
признал вину в неподчинении законным
требованиям. Мне пригрозили: если буду упираться, то посадят. А так я отделался
штрафом в сумме примерно 30 тысяч тенге… Полицейские в суде врали вовсю:
говорили, что я хватал их за форменную одежду. Отвечаю им: вы же в гражданcкой
были. Судья и на это не обратила внимания.

 

После всех этих событий прошло уже три месяца. За это
время у Виталия зажили синяки и травмы, но кисть руки по-прежнему не слушается.
Из-за травмы он до сих пор не может выйти на работу. Донец прекрасно понимает:
если не выздоровеет – значит, не пройдет медкомиссию и потеряет право на
управление грузовыми поездами (он машинист).

 

– Сейчас разные
мысли приходят в голову – вплоть до того, что вдруг вслед за работой лишусь и
семьи,
– делится своими думами он. – Всякое
же бывает. Как я буду жить инвалидом, кому я нужен такой? Меня друзья и родные
уговорили предать эту историю огласке. А еще я не хочу, чтобы кто-то другой
пострадал от людей в погонах так же, как я.

 

Два подряд вопиющих случая беззакония в одном поселковом
отделении – это, как говорится, уже тенденция. При этом в костанайских судах то
и дело рассматривают новые дела в отношении экс-полицейских из различных ОВД о
превышении ими служебных полномочий и практиковании пыток. В ближайшее время
начнутся разбирательства по поводу взыскания денежных компенсаций, которые
требуют от ДВД Костанайской области пострадавшие граждане. Общая сумма исков на
сегодняшний день – 115 миллионов тенге.

 

ИСТОЧНИК:

Газета «Время»

www.time.kz/articles/risk/2014/10/11/ruka-vozmezdija

 


Добавить комментарий

Смотрите также