КМБПЧ – Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности

«Приковали наручниками к батарее на три дня»

14.10.2020

Мать студента, обвиняемого в продаже и распространении наркотиков через интернет, заявляет, что полиция применяла пытки в отношении её сына. Так, по её словам, во время задержания в январе этого года полицейские приковали его наручниками к батарее, а сами в это время распивали спиртные напитки. Обращение во всевозможные инстанции не дало никаких результатов, и женщина боится, что пытки над её сыном продолжаются до сих пор.

— Я, мать задержанного и обвиняемого по ст. 297 п. 3 УК РК молодого человека, вынуждена обратиться в СМИ за поддержкой, так как в отношении моего сына творится полное беззаконие со стороны правоохранительных органов. Так, оперативные сотрудники УБН 23 января 2020 года задержали моего сына по подозрению в совершении преступления, квалифицирующегося по ст. 296 ч. 3, и держали его без предъявления обвинения более трех дней в квартире, прикованным наручниками к радиатору отопления. Сами же в это время распивали спиртные напитки на квартире и применяли к нему пытки и истязания с целью понуждения его дать признательные показания в отношении себя, — рассказала женщина (имена и фамилии обвиняемого и её самой не указываются по просьбе матери — прим. ред.).

Мать студента заявила, что полицейские морально издевались над ним, угрожая применением разных непристойных действий. Также не давали ему возможности связаться с родителями, в туалет водили под конвоем, за три дня кормили его только один раз.

— Также оперативные сотрудники УБН ДП ЗКО лишили моего сына права на передвижение, общения с родителями, права на защиту, тем самым нарушили его конституционные права. Забрали у сына телефон и пользовались им, и кто знает, что и кому они писали от имени моего сына и куда заходили с него [с телефона]. На тот момент сыну было 18 лет, — добавила она.

По её словам, в отношении полицейских за незаконное задержание подозреваемого более трёх суток судом было вынесено частное определение, которое до настоящего времени не исполнено.

— То есть, как работали данные лица, так и продолжают работать и заметать следы своих преступных действий, влиять на ход следствия, а теперь ещё и через СМИ оказывают давление на суд. То есть вместо того, чтобы установить действительную картину того, в чем обвиняют моего сына, они пошли по самому наилегчайшему пути: избивали его, запугали его, угрожали, сломали его духовно и заставили оговорить себя, в то время как истинные виновники свободно гуляют по городу и взамен на совесть и честь выбрали сотрудничество с «операми». Им [полицейским] неважно раскрытие самого преступления и его корней, а важно поставить «галочку», что вот, поймали одного, — объяснила мать обвиняемого.

Адвокатом сына женщины было подано заявление в Антикоррупционную службу о возбуждении уголовного дела в отношении оперативных сотрудников, но Антикоррупционная служба не нашла в действиях оперативных сотрудников состава преступления. В прокуратуре тоже было возбужденно дело, и в настоящий момент женщина написала жалобу и в генеральную прокуратуру.

— Шесть месяцев велось следствие, в итоге заволокитили и закрыли дело, потому что в Антикоррупционной службе работают бывшие работники системы МВД. Что сотрудники УПН должны были еще сделать, чтобы в отношении них возбудили уголовное дело: сделать парня калекой или действительно совершить те непристойные действия, которыми они его запугивали? Внутренней службе МВД также известно о действиях своих сотрудников, однако никаких мер в отношении них принято не было. Как это можно расценивать? — вопрошала она.

В настоящее время идет судебное разбирательство по привлечению моего сына по статье 297 ч.3. Женщина считает, что со стороны ДП ЗКО ведется «Пиар акция», имеющая своей целью давление на суд с целью воздействия на него для получения нужного им результата, что законом также недопустимо.

— Почему и на каком основании органы следствия продолжают давать интервью по делу, которое они уже передали в суд и к которому они уже отношения не имеют? Почему до настоящего времени не приняты никакие меры к оперативным сотрудникам, почему их хотя бы не отстранили от исполнения обязанностей до рассмотрения в отношении них уголовного дела, так как есть частное определение суда за незаконное задержание моего сына? Почему к моему сыну уже в СИЗО заходит начальник отдела УБН ДП ЗКО и угрожает ему, что, если он не даст нужные им показания, он засадит его «далеко и надолго», хотя он вообще не является в составе СОГ (следственно-оперативной группы), и следователь не имел права давать ему возможности заходить к сыну? — возмущается мать обвиняемого.

Женщина искренне возмущена тем, почему, не рассмотрев дело по действиям оперативных сотрудников, суд рассматривает дело в отношении её сына.

— Я не снимаю вины со своего сына. Если будет доказана его вина, он будет за нее нести ответственность. Но почему не несут такую же ответственность оперативные сотрудники, призванные стоять на нашей защите и защите закона органа? Как они, заставив моего сына взять на себя вину, будут спокойно жить, растить своих детей? Они загубили жизнь моего сына только потому, что им захотелось получить очередную «звездочку», а не потому, что они хотели защитить общество от зла. В противном случае, они поступали бы честно и искали бы правду. Сегодня они так поступили с моим сыном, завтра они могут так поступить с вашими детьми. И пока государство будет делать вид, что ничего не видит, в нашем обществе может произойти еще большая трансформация нравственности, — резюмировала она.

Напоследок мать студента добавила, что прежде чем обратиться в СМИ, она писала жалобы в различные инстанции, в том числе в Генеральную прокуратуру. Она также призвала правоохранительные органы принять меры к вышеуказанным оперативным сотрудникам и дать объективную оценку их действиям.

В ДП ЗКО уверяют, что никаких пыток или насильственных действий по отношению к обвиняемому не применялось.

— Задержание было произведено по оперативной информации в отношении интернет-магазина по продаже синтетических наркотиков, которая осуществлялась через интернет посредством мобильной связи. И в доказательстве вины [студента] нет необходимости его признания, а значит и необходимости в пытках. По его сотовому телефону отследили, где и когда осуществлялись закладки [с наркотиками], и изъяли их, что послужило доказательством по уголовному делу, — рассказал Алишер Сары, начальник УПН ДП ЗКО, подполковник полиции.

Он также добавил, что «звездочек за это сотрудникам полиции не присвоено».

— Это наша обычная ежедневная работа после указанных мероприятий, то есть после того, как вина его была доказана, ему [студенту] и его адвокату мной предлагалось заключить процеcсуальное соглашение. То есть, если он владеет какой-либо информацией в отношений других интернет-магазинов (а по нашим оперативным сведениям, он владеет), то он даст о них информацию и за это сможет получить смягчение при назначении наказания, — добавил он, объяснив, с чем был связан его визит в СИЗО.

В завершении он прокомментировал действия адвоката обвиняемого.

— Адвокат подозреваемого пошла другим путем, ошибочно считая, что, если она будет поливать грязью сотрудников УПН ДП ЗКО, это облегчит участь её подзащитного. А если у них есть информация (как они пишут в обращении) в отношении других лиц, занимающихся распространением наркотических веществ, мы всегда открыты и готовы отработать данный факт, то есть выполнить свои функциональные обязанности. Если есть сомнения в нашей порядочности, всю имеющуюся информацию могут предоставить в ДП ЗКО в присутствии сотрудников других специальных и правоохранительных структур, — резюмировал Алишер Сары.

ИСТОЧНИК:

Газета «Уральская неделя»

www.uralskweek.kz/2020/10/13/prikovali-naruchnikami-k-bataree-na-tri-dnya-mat-studenta-obvinyaemogo-v-narkotorgovle-zayavila-o-tom-chto-eyo-syna-pytala-policiya/