«Истинная стабильность любой страны строится на уважении и соблюдении прав человека»

05.02.2015

 


Права человека являются важнейшей составляющей, основой демократии. В любом демократическом государстве защита прав человека наряду с укреплением национальной безопасности и повышением благосостояния населения является одним из приоритетных направлений политики власти. На вопросы «Трибуны» о ситуации с правами человека в Казахстане отвечает правозащитница Виктория ТЮЛЕНЕВА.


 


– Недавно в Казахстане побывал специальный докладчик ООН по свободе собраний и объединения Майна КИАИ. Какое впечатление у вас осталось после встречи с ним?


– Наша встреча с г-ном КИАИ состоялась буквально на следующий день после его приезда в Казахстан (Алматы), т.е. это была одна из первых его встреч с представителями гражданского общества, с которых он начал свой визит в страну. Меня поразило, насколько хорошо он владеет ситуацией, насколько досконально он знает наши проблемы, касающиеся законодательного регулирования и правоприменительной практики в сфере свободы собраний и объединения. По сути, нам даже не нужно было много говорить и объяснять, и без того он практически все знал.


Другой вопрос, что он хотел понять, так скажем, глубинные причины, которые заставляют наши власти столь сильно вмешиваться или скажу по-другому контролировать людей в реализации их свобод. Почему власти политизируют эти свободы, с чем связаны их страхи в отношении этих свобод. Я тогда предположила, что наши власти концептуально неверно подходят к понятию стабильности/нестабильности в стране. ООН давно признано, что истинная стабильность любой страны строится, прежде всего, на уважении и соблюдении прав человека. То есть только возможность граждан реализовывать свои права в соответствии с международно признанными стандартами является гарантией от любой нестабильности в стране. Тогда как наши власти, вероятнее всего, полагают, что свобода собраний приводит к нестабильности в виде революций, «майданов». А это ошибочное суждение. Наоборот, невозможность людей, что называется, выпустить пар, публично озвучить свои проблемы, претензии, требования, серьезно увеличивает риск крайних мер со всеми вытекающими последствиями.


 


– Какое мнение у Майна КИАИ о ситуации по свободе собраний и объединений в нашей стране?


– Г-на КИАИ очень хорошо изложил свое видение в заявлении 27 января, в котором кратко подвел итог всему услышанному и увиденному. В частности, он отметил, что в стране очень ограничено пространство для выражения несогласия с властями. Граждане Казахстана боятся участвовать в оппозиционной политической деятельности или выражать оппозиционные мнения. «В Казахстане из-за страха революции, подобной Майдану, серьезно ограничивают право на свободу мирных собраний и право на ассоциацию». По его мнению, власти с помощью законодательства стремятся контролировать гражданское общество. Законы позволяют серьезно наказывать людей за организацию мирных собраний и участие в них, клеймить и криминализировать инакомыслие.



Что за инцидент с его участием произошел в Актау?


– В Актау за ним следили, о чем он также рассказал в своем заявлении 27 января. Буквально цитирую г-на КИАИ: «Использованное при этом оборудование и то, как это делалось, позволяет ассоциировать произошедшее с секретным полицейским наблюдением. Я подошел к этим людям и потребовал сообщить причину, по которой они нас фотографировали. Не дав ответа, они в спешке уехали. Я сделал по этому поводу официальное заявление начальнику департамента внутренних дел Мангистауской области и изложил ему детали происшедшего». 


 


– Во время визита спецдокладчика ООН в Алматы состоялся митинг в защиту закрытого властями журнала «АДАМ бол». Майна КИАИ в курсе об этом?


– Насколько мне известно, да.


 


– Какие результаты вы ожидаете от визита Майна КИАИ в Казахстан?


– Безусловно, я жду, что казахстанские власти изменять свое концептуально неверное отношение к свободе мирных собраний и объединения, избавятся от собственных страхов и примут законодательство, соответствующее международным стандартам, т.е. минимизируют свое вмешательство в регулирование свободы собраний и свободы объединения, как в законодательных рамках, так и на практике. Но мой личный правозащитный путь длиною в 14 лет подсказывает мне, что ожидания мои, вероятнее всего, напрасны.


 


– С 2003 года при президенте Казахстана как бы работает комиссия по правам человека. За прошедшие годы что конкретно было сделано этой структурой в области прав человека, или она существует для галочки?


– Откровенно говоря, мне сложно ответить на этот вопрос, поскольку совершенно не владею информацией, что конкретно было сделано Комиссией по улучшению ситуации с правами человека. Хотя, возвращаясь к теме свободы собраний, могу точно сказать, что Комиссия сегодня – один из немногих органов, поддерживающих идею создания нового закона о мирных собраниях, соответствующего международным стандартам.


 


– Что скажете о должности омбудсмена?


Скажу, что сегодняшний институт Омбудсмена не соответствует принципам, касающимся статуса национальных учреждений, занимающихся поощрением и защитой прав человека (Парижским принципам), а потому, на мой взгляд, не является эффективным механизмом защиты прав человека в стране. Институт создан при исполнительной власти и, как мне видится, крайне зависим от нее.


 


По итогам 2014 года, как изменилась ситуация с правами человека в Казахстане?


– 2014 год не стал исключением в череде последних четырех лет (после председательствования страны в ОБСЕ), в которой каждый последующий год становился хуже предыдущего. То есть продолжается тенденция ухудшения ситуации с правами человека из года в год. 2014 ознаменовался закрытием ряда независимых СМИ и принятием нового Уголовного кодекса, крайне жесткого/дискриминационного в отношении реализации ряда прав и свобод человека: свободы собрания, свободы слова или выражения мнения, свободы мирных собраний и др.


Несмотря на критику со стороны международных правозащитных организации, в частности Human Rights Watch, власти страны продолжают нарушать права человека, уничтожают свободу слова, ужесточают контроль за свободой собраний и организаций, держат в тюрьмах оппонентов режима. Почему Акорда столь откровенно и цинично игнорирует критику в свой адрес и продолжает гнуть свою линию?


У меня есть ощущение, что это происходит по той причине, что сегодняшнему казахстанскому большинству не нужны эти самые права и свободы человека. И здесь я, прежде всего, говорю о политических правах и гражданских свободах и даже шире: о принципах, на которых зиждется либеральная демократия. То есть мы – казахстанцы не прочувствовали их, не наполнили их для себя смыслом, не приняли их в качестве ценностей. Нашему большинству не нужны свобода слова и выражения мнения, свобода мирных собраний и объединения, честные и справедливые выборы и т.д. Многим из нас и без того нормально и даже хорошо живется. А раз не нужны нам эти права, то мы и не требуем от власти их уважения, исполнения. А раз не требуем, то власть и продолжает постепенно и как бы даже незаметно для большинства (однако это только потому, что большинству это неинтересно), но верно урезать нас с вами в наших правах и свободах.


 


– Есть ли свет в конце туннеля правового беспредела в Казахстане?


– Безусловно, есть, но увидим его только тогда, когда хотя бы 15–20 % казахстанцев определят ценности либеральной демократии как свои, начав требовать у власти их уважения и практического обеспечения.


 


– Спасибо за ответы!


 


Беседовала Инга ИМАНБАЙ, редактор газеты «Трибуна. Саяси Калам»


 


Публикация в свежем номере газеты за 4.02.2015


 


Добавить комментарий