В паутине интерната

08.10.2014

Воспитатели и педагоги коррекционной школы-интерната села
Соколовка Северо-Казахстанской области обратились с жалобой в прокуратуру. Из
их послания легко можно сделать вывод, что им фатально не везет с руководством.
Несколько лет назад это учебное заведение уже прославилось на всю страну, когда
посадили директора Каната Сарсенбаева и соцпедагога Евгения Дмитрачкова, а
сейчас в интернате разгорается новый скандал.

 

В 2008 году прокуратура выявила хищения в соколовской
школе-интернате для детей сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.
Директор Сарсенбаев и соцпедагог Дмитрачков присвоили тогда 2 миллиона 11 тысяч
839 тенге пособий со счетов воспитанников. В суде выяснилось, что за
провинности детей в интернате избивали, а мальчишек заставляли голышом бегать
вокруг здания и ходить в юбках и платьях. На процессе свидетели рассказывали,
как одна из преподавательниц делила кровать со старшеклассником, а директор
Сарсенбаев проводил педагогические эксперименты в постели юных воспитанниц. 11
февраля 2010 года Канат Сарсенбаев получил восемь лет лишения свободы, а
Евгений Дмитрачков – пять с половиной лет (см. “Школьные годы чудесные…”,
“Депутатский процесс” и “Педагогические утехи”, “Время” от 26.11 и 10.12.2009
г. и 20.2.2010 г.).

 

Руководство областного управления образования в ту пору,
похоже, разуверилось в способности педагогов руководить этим учебным
заведением. И назначило его директором полковника в отставке, бывшего
начальника управления комитета уголовно-исполнительной системы по
Северо-Казахстанской области Армана Босыбаева. Время его руководства в
интернате до сих пор вспоминают с благодарностью, но затишье и порядок длились
недолго. Через пару лет на пост директора заступила Айгуль Мустафина, на
действия которой девять преподавателей и воспитателей жалуются сейчас в
прокуратуру. Они пишут о невыносимой атмосфере в интернате, предвзятой кадровой
политике, финансовых нарушениях, барских привычках директрисы и ее весьма
странных методах воспитания подопечных.

 

Проработавший в интернате 16 лет и угодивший под
сокращение с последующим увольнением по статье, которое он сейчас обжалует в
суде, воспитатель Олег Окунев рассказал, например, что весь ремонт в интернате
коллективу приходится проводить за свой счет:

 

– Если при Армане
Босыбаеве было выделено столько краски, что мы выкрасили весь интернат и даже
летний лагерь отдыха, то в последние годы ремонт кабинетов и комнат для
воспитанников нам пришлось делать самим. Покупать обои, белить, красить, мебель
в порядок приводить…

 

Ему вторит и педагог Айни Байгабулова:

 

– Я плинтусы
покупала, линолеум в своем кабинете стелила, белю и крашу стены за свой счет.
Люди уже привыкли, учителя все молчат. Спрашиваю как-то завхоза о материалах
для ремонта, а он мне отвечает, что мы сами должны справляться, своими силами!

 

Директор Мустафина, по словам Айни Байгабуловой, при
вступлении в должность сразу же воспользовалась служебным положением:

 

– Бывший
директорский кабинет она забраковала и приказала оборудовать себе новый на
первом этаже и с отдельным входом, чтобы даже в общие с воспитанниками и
подчиненными двери не входить! Под кабинет ей переделали медицинский изолятор,
какие-то нанятые люди провели там евроремонт непонятно за чей счет. Даже
отдельную столовую там оборудовали для директора, куда ей обеды из кухни с
другого конца интерната носят. А потом и завуч силами техничек себе новый
кабинет сделала на третьем этаже…

 

Директор Мустафина в отличие от осужденного Сарсенбаева,
как следует из письма в прокуратуру, использует сугубо медицинские методы
воспитания: «В интернате практикуется для наказания помещать ребенка в
психбольницу. В прошлом году в августе дети совершили кражу продуктов, за что
Яков Соломатин, Тимур Чикушов и Никита Белов оказались в этой больнице.
Шаймерденова Г. К. (замдиректора по воспитательной работе. – В. М.) детей
оскорбляет, угрожает им психбольницей. Недавно дети из-за грубого к ним
отношения завуча Шаймерденовой даже звонили с жалобами в Астану».

 

– Это в чистом виде
карательная психиатрия! –
возмущается бывший воспитатель Карабай Байгабулов.
В этом году летом мальчик Чикушов без
разрешения ушел из лагеря на сутки, и его отвезли в психбольницу. В августе я
его уже не видел, похоже, он до сих пор там…

 

В прокуратуру коллектив интерната жаловался и на
финансовые нарушения: «Людям неверно начисляют отпускные, недоплаты доходили до
30-100 тысяч тенге. Кто-то ходил в бухгалтерию и добился выплаты, а кто-то не
стал связываться».

 

Педагоги жалуются, что подаренный интернату акимом
области автомобиль они не видят, а директор Мустафина использует его как свое
личное авто. При этом заболевших детей приходится водить в больницу пешком.

 

Жалуются педагоги и на кадровую политику, когда неугодным
создают невыносимые условия, из-за чего за последнее время уволилось несколько
десятков работников, а на их место принимают своих людей.

 

Особенное возмущение коллектива вызвало назначение на
должность заместителя директора Гульнары Шаймерденовой. В 2000 году она работала
воспитателем, избила ребенка и была уволена. Ирина Чекунова оказалась
свидетелем тех событий:

 

– В августе того
года в лагере Шаймерденова жестоко избила метлой воспитанницу интерната Валю Фокину.
Мы сообщили директору, зафиксировали побои, собрали профсоюзное собрание. После
этого ее уволили, а в сентябре был суд. Я не помню, то ли Шаймерденова пыталась
восстановиться на работе, то ли интернат на нее иск подавал, но такие показания
я тогда давала и в суде.

 

Узнать у руководителя отдела по охране прав несовершеннолетних
областного управления образования Галии Ильясовой, каким образом Шаймерденова
после той истории оказалась заместителем директора по воспитательной работе,
мне так и не удалось. С истеричными нотками в голосе Ильясова заявила в
телефонном разговоре:

 

– Там сейчас
работает прокуратура, пусть прокуратура все это и выясняет, а я не намерена вам
ничего рассказывать! Я не обязана вам отчитываться, что мне известно, а что
неизвестно! Я не обязана вам все это комментировать, тем более по телефону, я ведь
не вижу, с кем разговариваю!

 

Через три дня я получил письменный ответ на официальный
запрос по Шаймерденовой, исполненный, правда, по принципу «в огороде бузина, а
в Киеве дядька». В нем пространно описывались успехи соколовской коррекционной
школы-интерната, а в конце указывалось, что «Шаймерденова Г. К. ранее не
судима, в отношении ее никаких судебных решений о запрете заниматься
преподавательской деятельностью не выносилось». В опровержение истории с
избиением девочки и последующим увольнением Шаймерденовой, как и обо всем, на
что жалуются педагоги, в этом ответе не было сказано ни слова. Похоже,
чиновники управления образования Северо-Казахстанской области, как и много лет
назад, совершенно не в курсе истинного положения дел в соколовской коррекционной
школе-интернате.

 

ИСТОЧНИК:

Газета «Время»

www.time.kz/articles/risk/2014/10/08/v-pautine-internata

 


Добавить комментарий