КМБПЧ – Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности

Не прикладайте рук!

12.09.2014

На снимке, сделанном сыном пострадавшего, видно, что у
Александра Альбрандта не осталось места, к которому не приложились бы тяжелые
кулаки и ноги полицейских.

 

Бывают люди – как бы жестко с ними жизнь ни обходилась,
все снесут, все стерпят. Впрочем, даже у них привычка попадать под раздачу
однажды оборачивается протестом. Вот и наш герой – обычный сельский житель
Александр Альбрандт, пережив побои и унижения от бравых ребят из полиции,
взбунтовался!

 

Об этой истории впору писать в стиле Хармса: по дороге
шел мужик маленького роста, и попался наш мужик чрезвычайно просто: задержали
мужика упыри в погонах, отпинали простака, но мужик не промах; он, хватаясь за
бока, потирая шишки, зафиксировал все их темные делишки; как узнали упыри –
страшно испугались, но от смеха в РОВД чуть не разорвались: хи-хи-хи да
ха-ха-ха… Ну, дальше все помнят.

 

Не брезгующие пытками полицейские по-прежнему ничего не
боятся. И плевать им, что их коллегам все чаще приходится отвечать за
рукоприкладство…

 

Буквально на днях в суде №2 Костаная был вынесен приговор
оперуполномоченному Северного отделения криминальной полиции Ерикболу Тажикулову
и замначальника того же отделения Арману Бекжанову, признанным виновными в
превышении должностных полномочий. Первый лишен свободы на год, второму
назначено ограничение свободы на два года, оба лишены званий…

 

В последнее время такие процессы в Костанае идут один за
другим – благо прокуратура еще по весне заявила, что будет жестко пресекать
факты процессуальных нарушений.

Имена новых героев – обидчиков 51-летнего жителя поселка
Кушмурун Альбрандта – пока неизвестны. Правда, искать придется недолго – в
местных ОВД все на виду. Да и Александр Артурович говорит, что лица мучителей
запомнил хорошо и сможет опознать, хоть и был в тот вечер, когда его задержали,
подшофе.

 

– 23 августа я
шабашил на стройке у своего односельчанина,
– рассказывает Альбрандт, – часов в десять вечера возвращался домой. Да,
выпил после работы, но велик ли грех? Вдруг ко мне подъезжает черная «лада» с
номером Р028, и вышедший оттуда полицейский тянет меня в салон. Смотрю – там
второй сидит. Привезли в полицию, отвели за решетку, сказали, чтобы голоса не
подавал. Минут через пятнадцать я к решетке подошел, а мне сразу: «Тебе сказали
– стой смирно, не шорохайся!» – и наручники надели. Пару раз ударили кулаками
по спине… Стою жду, что со мной дальше будет.

 

Александра отвели в кабинет следователя. Там было три
человека. Один из них выглядел более чем странно – майка и мятые форменные
брюки с подтяжками. Началась потеха.

 

– Свои вопросы о
том, куда я шел и чем занимался, они перемежали побоями, –
вспоминает
Альбрандт. – Все это время я был в
наручниках, причем затянутых так сильно, что у меня руки опухли.

 

Александр показывает плохо заживающие травмированные
запястья, а его сын демонстрирует мне на экране мобильника фотографии отца,
сделанные сразу после тесного общения с охранниками правопорядка.

 

После допроса с пристрастием Альбрандта вновь кинули в
машину  и повезли в райцентр Аулиеколь.
Наручники по-прежнему не снимали. Там провели медицинское освидетельствование.

 

– Я подтвердил
врачу, что действительно выпил вечером. Она меня спрашивает: а что это у вас за
раны и ушибы? Отвечаю – эти вот полицейские мне сделали. Они кричат – да он
сам, дескать, упал… Помню, врач написала в заключении, что у меня средняя
тяжесть опьянения (хотя в трубку я не дышал), гематома на груди, разбита голова
и что я выражался нецензурно. Меня вывели на улицу и опять начали кулаками
потчевать. Пытаюсь хоть как-то отбиваться – меня швыряют на землю, прижимают
коленом шею и – перцовкой в лицо!..

 

После всех этих приключений Альбрандт оказался в аулиекольском
изоляторе. Там у него подскочило давление, дежурному пришлось вызвать карету «скорой
помощи». Придя в чувство, Александр более суток добивался права написать жалобу
на имя начальника РОВД. Зафиксировать побои в законном порядке не удавалось.
Вместо разбирательств по поводу полицейского беспредела Альбрандт угодил в суд.

 

– Стою перед судьей
и слышу: оказывается, я бутылкой разбил чью-то машину! Я очень удивился, но,
подумав, решил все признать. Рассудил так: если буду отпираться – посадят под
арест, и я там в духоте просто не выживу: медпомощи нет, давление высокое, все
тело ломит… В итоге мне назначили штраф, я вышел на свободу.

 

Правозащитник Анастасия Миллер считает, что необходимо
поставить вопрос о неадекватности реакции полицейских.

 

– Предположим,
Альбрандт действительно нахулиганил,
– говорит она, – но его нельзя было наказывать за это побоями и пытками! Между прочим, в
суде сотрудники РОВД заявили: травмы он получил, оказав сопротивление законным
действиям полицейских. Но почему его не привлекли за это по статье 321 УК РК?
Не потому ли, что сопротивления как такового не было и доказать его нечем? Где
побои у служивых? А вот у Альбрандта в амбулаторной карте их перечень довольно
длинный. Человек до сих пор находится на больничном…

 

Александр Альбрандт уже прошел много инстанций – был и в
управлении собственной безопасности ДВД, и в прокуратуре.

 

– Меня
настораживает, что копию СМЭ мне так и не выдали,
– делится переживаниями
пострадавший. – Потом следователи
попросили отдать им амбулаторную карту. Думаю: а где гарантия, что ее не
затеряют? Между прочим, все мои обидчики по-прежнему ходят на службу. А
документа из суда по административному делу о якобы разбитой машине я до сих
пор в глаза не видел.

 

В электронной базе судебных решений этот акт до сих пор
не выложен, хотя дело было рассмотрено еще 25 августа. Так что как ни крути, а
вопросов здесь пока больше, чем ответов. Но Альбрандт, к которому уже приходили
гонцы с предложениями понять и простить, на своем стоит твердо: «Я их не прощу!».

 

ИСТОЧНИК:

Газета «Время»

www.time.kz/articles/risk/2014/09/11/ne-prikladajte-ruk

 


Добавить комментарий