КМБПЧ – Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности

Ануар Тугел: «Судебное представительство нуждается в государственном регулировании»

04.06.2014

 
На дискуссионной площадке ИА Zakon.kz некоторые представители частного юридического консалтинга выразили несогласие с разработчиками проекта нового Гражданского процессуального кодекса в части предоставления права аккредитации в Верховном суде с целью осуществления защиты исключительно лицам, имеющим статус адвоката. По мнению авторов этих публикаций, такая новация безосновательно оставляет других защитников вне финальной стадии судебных разбирательств. Учитывая, что стены Верховного суда являются ареной наиболее принципиальных судебных процессов, и поднятая тема представляет интерес для всего юридического сообщества, мы обратились за комментариями к президенту Союза адвокатов Казахстана Ануару Тугелу.


 


– Ануар Курманбаевич, что вы можете сказать об этих «протестных» заявлениях?


– Сразу скажу, что в ходе обсуждения проекта нового ГПК рабочая группа уже давно исключила норму об аккредитации адвокатов в Верховном суде. Это к вопросу о том, что, прежде чем публиковать свое мнение в прессе, для уважающих себя специалистов было бы логично ознакомиться с существующим положением дел.


Между тем, попытка Верховного суда ввести аккредитацию адвокатов была продиктована вполне разумными соображениями. В стране до сих пор отсутствует законодательное регулирование частного юридического консалтинга. В итоге всеми видами юридической помощи, включая судебное представительство, наряду с адвокатами занимается масса случайных людей – зачастую далеких от специального образования и должных моральных качеств, порой уволенных с прежнего места работы по отрицательным мотивам. Эдакая пестрая по составу «вольница», снижающая общее качество отправления правосудия, девальвирующая сам статус и миссию защитника. Целью упомянутой новации как раз и было наведение в этой сфере определенного порядка, а уж никак не изгнание юристов с рынка соответствующих услуг. Сегодня рабочая группа вынуждена «входить в положение» этих людей, но придет время, и вопрос регулирования неминуемо встанет в повестку дня. Хотя бы потому, что организационное оформление и сплочение юридического сообщества – объективно важное условие на пути к правовому государству.


И потом, почему этих юристов заинтересовали только вопросы аккредитации адвокатов в Верховном суде? Проект нового ГПК содержит множество спорных вопросов, касающихся фундаментальных основ работы защитника, конституционных прав каждого гражданина. Казалось бы, вот оно, поле деятельности искренне болеющих за свою профессию защитников. Однако, как видим, часть из них явно предпочитает поднимать другие темы, неглубокие по содержанию, но имеющие прямое отношение к сохранению клиентов и обеспечению своих материальных запросов.


 


– Какие проблемные вопросы законопроекта выделили бы вы?


– Таких вопросов множество. Например, почему уважаемые юристы не обсуждают принципиальнейшую тему полномочий прокуроров в гражданском процессе? Ведь их неоправданное процессуальное всевластие полностью перекочевало из действующего


 


ГПК в будущий – чем не тема для разговора о независимости всей судебной системы, при которой только и возможно реализовать принципы равноправия и состязательности сторон в гражданском процессе.


 


Или, например, проект ГПК ограничивает категорию дел, подсудных Верховному суду, определенной суммой иска. Вводится государственная пошлина за подачу кассационных жалоб и ходатайств о принятии к производству в порядке надзора, что вносит заметные коррективы в существующий порядок работы судебной системы. Оптимальное решение этих и многих других вопросов также требует тщательной консолидированной работы юридического сообщества, умеющего отличать вещи, поистине важные для всего отечественного рынка правовой помощи, от всего локального и поверхностного. В этом вся суть законотворчества.


 


– К слову, есть мнение, что «размытость» и неоформленность отечественного юридического сообщества уже в скором времени может иметь нежелательные последствия для всей экономики Казахстана…


– Об этом я неоднократно с тревогой говорил в средствах массовой информации. Отсутствие законодательного регламентирования привело к тому, что национальные юридические компании и адвокатура заведомо не способны на равных конкурировать с «агрессивными» западными юридическими конгломератами. И с развитием международной интеграции и вступлением Казахстана в ВТО ситуация будет только усугубляться.


Например, на мировом рынке юридических услуг явно доминируют США – 61 процент от общего объема. Это совместно с Европейским союзом – 85 процентов. А вот Франция в связи с непродуманными действиями властей в конце прошлого века потеряла 70 процентов своего рынка юридических услуг в пользу транснациональных юридических компаний. Так, сегодня большую часть крупных сделок в этой стране сопровождают американские и английские юридические конторы, что приводит к утечке за рубеж огромных средств и деградации профессиональных традиций.


Что же касается Китая и Индии, то там с помощью протекционистских мер успешно не позволяют иностранным компаниям доминировать на рынке. Вот с кого нам следует брать пример, иначе процессы глобализации могут привести к деформации правового рынка в Казахстане, реальными хозяевами которого станут иностранные юридические компании, заинтересованные вкладывать прибыль в собственное развитие.


 


– Ваши предложения по исправлению ситуации?


– Вывод очевиден – необходимо прекратить неоправданный и затянувшийся либерализм в сфере оказания юридических услуг, и один из путей для этого – реформирование института судебного представительства посредством государственного регулирования. Поскольку от практики аккредитации адвокатов решено отказаться, дальнейшее совершенствование судебного представительства видится в установлении четких единых стандартов допуска к юридической практике. Для лиц, не отвечающих таким критериям, должен быть введен законодательный запрет на оказание юридических услуг.


На мой взгляд, самый рациональный и эффективный способ под эгидой адвокатуры – объединить частнопрактикующих юристов в одно профессиональное сообщество. Это поможет навести порядок на рынке правовой помощи, выдавить из него псевдоюристов и, тем самым, заложить основы для повышения качества отправления правосудия.


 


– Но есть мнение, что адвокатура сама нуждается в реформировании…


– Никто не спорит, у нас есть проблемные вопросы. Качественный состав адвокатского сообщества не всегда вызывает удовлетворение, но в этом вины адвокатуры нет. К сожалению, в нашей стране юридически адвокатура не является еще в полном смысле самоуправляющим институтом, адвокатский корпус формирует государство, все претензии к нему. Тем не менее, мы озабочены этой проблемой и работаем над ней, равно как и над задачей усиления и реализации адвокатских полномочий.


И тут все равно рождается вопрос, почему частные юристы и юридические компании освобождены от проверки их квалификации? Кто это должен делать? Ни в одной другой профессии не может быть, чтобы этого не делал никто! Да и коль мы говорим о международных стандартах, правовую помощь в судах оказывают исключительно лица, прошедшие все определенные этапы проверки.


Допустим, мне возразят, что это может сделать сам клиент, обратившись в суд, если ему юрист некачественно оказал юридическую помощь. Но ведь это абсурд. Что это за процедура проверки профессионализма – черед суд? И потом, клиент и так едва нашел средства, чтобы нанять юриста, а теперь ему еще и нанимать второго, чтобы судиться с первым? Как можно это воспринимать всерьез?


По логике вещей, проверкой и допуском к профессии должно заниматься само профессиональное сообщество, но вопрос – когда частные юристы самоорганизуются? А объединяться в наших условиях возможно только под эгидой государства. Таким путем сформировалась и адвокатура. Какая бы она ни была, у нее есть свой специальный закон, вся ее деятельность регулируется законодательными актами и внутренними правилами. В отличие от частных юристов, адвокаты подвергаются жесткой и поэтапной процедуре допуска к оказанию квалифицированной юридической помощи, с последующей регламентацией всех этапов их деятельности. Начиная с обязательной годичной стажировки, сдачей тестирования и собеседования, получения лицензии, прохождения аттестации через каждые пять лет, и заканчивая дисциплинарной ответственностью за нарушения.


В скором времени адвокатское сообщество примет два знаковых документа – единый Кодекс профессиональной этики адвокатов и Положение об аттестации адвокатов. Их нормы будут проходить красной линией через всю нашу деятельность. И они еще более определенно засвидетельствуют, что адвокатура – это не безответственная стихийная масса, а высокопрофессиональный, сплоченный и дисциплинированный институт гражданского общества, функционирующий в соответствии со своими правилами поведения, стандартами и критериями профессионализма. Словом, вся наша внешняя и внутренняя организация призвана соответствовать той аксиоме, что только институт адвокатуры в полной мере способен и должен выполнять свою конституционную миссию по оказанию квалифицированной юридической помощи.


 


– Вы думаете, этого примера будет достаточно, чтобы убедить частных юристов вступить в ряды адвокатуры? Не обвинят ли эти юристы, в свою очередь, вас в «борьбе за клиентов»?


– Необходимость корпоративного оформления и объединения, по-моему, очевидна. Она диктуется самой жизнью. При этом я не утверждаю, что все обязательно должны вступить в состав адвокатуры. Пусть те же коммерческие юристы предложат, каким они видят этот процесс, как сделать адвокатуру более привлекательной для них. Что нужно изменить, чтобы в рядах адвокатуры им было комфортно? Увы, пока вместо предложений мы видим необоснованную критику и подозрения.


Между тем, о чем тут можно говорить, если адвокатура имеет совсем иную природу и иные заботы по сравнению с частным юридическим консалтингом? Оказывая гарантированную юридическую помощь, адвокатура, прежде всего, является социально значимым институтом.


Давайте спросим – где были представители коммерческих юристов, когда принимался Закон о гарантированной государством юридической помощи, почему они не попросили включить их в субъекты оказания такого рода услуг? Ответ очевиден. Попробуйте, найдите хоть одного частного юриста или юридическую компанию, которые будет оказывать юридические услуги за счет государства по ставке 950 тенге! Стоимость консультации частного юриста начинается от 10 тысяч. В год юридические компании заключают сделки на миллиарды тенге, обслуживая две-три компании, а адвокаты оказывают помощь тысячам пенсионеров, инвалидов, ветеранов – говорить тут о прибыли явно не приходится.


Поэтому, я думаю, пора взглянуть на вещи здраво и непредвзято. Путь к развитому рынку юридических услуг лежит только через системную и организованную работу по построению правового государства, и адвокатура по определению является единственным в наших условиях двигателем этого процесса. Есть приписываемая Черчиллю известная фраза о том, что «демократия несовершенна, но ничего лучшего человечество не придумало». То же можно сказать и о нашем сообществе. Несмотря на свои сложности, именно адвокатура во всем мире является «каркасом», который придает цельность и организованность всему процессу правовой защиты, закладывает традиции и идеологию этой деятельности. Другой вопрос – как лучше обратить институт адвокатуры на благо всех представителей юридической профессии, на сплочение юридического сообщества? И мы открыты для его обсуждения и сотрудничества.


 


Беседовала Торгын НУРСЕИТОВА


 


Публикация на интернет-портале «Закон.kz» от 4.06.2014


<http://www.zakon.kz/4629445-anuar-tugel-sudebnoe-predstavitelstvo-v.html>)


 


Добавить комментарий

Смотрите также