КМБПЧ – Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности

За Максата Усенова отсидят другие?

18.03.2014

 


Ставший известным после яйцеметания в министра соцзащиты Андрей Цуканов на днях вышел из спецприемника для административно арестованных, где отбывал «срок» за «распространение ложных сведений» о Максате Усенове, тоже известной личности, но другого рода. Сын высокопоставленного чиновника на дорогой машине въехал на тротуар, насмерть сбив одного и ранив пятерых молодых людей. Теперь сам Цуканов намерен подать иск к ДВД за незаконные действия и получить с полицейских миллион тенге возмещения ущерба. За объяснениями, что вообще происходит, мы обратились к самому Андрею Цуканову.


 


– Андрей, расскажите, когда началась эта история?


– 20 февраля, по моей информации, должна была быть встреча акима города Алматы Есимова с народом. А 19 февраля Усенов в стенах СПАА пишет на имя начальника ДВД свое заявление о том, что я, блогеры Дмитрий Щелоков, Ринат Кибраев и Нурали Айтеленов распространяем недостоверную информацию об условиях отбытия им ареста.


 


– Напомню читателям, Ринат Кибраев на своей странице в «Фейсбуке» заявил, что водителю BMW X6 в спецприемнике создали особые условия: сидит один в камере на шесть мест, его посещают родственники, питается он не «баландой», а домашней едой. А сам Кибраев с товарищами сидел там за попытку попасть на встречу акима Есимова с блогерами.


– Кстати, я о его отсидке ничего не писал. Но 20 февраля утром ко мне заявляются полицейские и требуют проехать с ними дать пояснения. Точно так же утром 20 февраля полицейские заявляются домой к остальным вышеуказанным лицам. Переговоры с полицейскими дома я снимал на видео: http://www.youtube.com/watch?v=rk3TKSyg2n0&list=UUPOoNjJY-p8loLYq8mlaxvQ.


 


– Что Вам предъявили?


– Заявление Усенова Максата Кажымуратовича о том, что я унижал его честь и достоинство, давал заведомо ложные сведения о том, что он содержался в вип-камере. Усенов просил принять ко мне и другим строгие меры и привлечь к ответственности за заведомо ложный донос.


 


– Может, Усенов, и правда, сидел «на общих основаниях»?


– В спецприемнике запрещается пользоваться мобильными телефонами и интернетом, поэтому формально Усенов никак не мог увидеть в интернете публикации о нем. Так что слухи о его привилегированном положении, по-моему, косвенно подтверждаются.


 


– Вы «проехали в отделение»?


– Мне удается договориться с полицейскими о том, что они мне выписывают повестку на 20 февраля на 16:30. Но когда я выхожу из дома примерно в 9.30, полицейские меня ждут во дворе, хватают и везут в Жетысуское УВД.


 


– С Вами вежливо обращались?


– Полицейские применяли силу, душили, выкручивали руки, били об стол головой, забрали все личные вещи: видеокамеру, документы, телефон. С телефона и камеры впоследствии пропали все файлы. Проигнорировали мои требования дать позвонить жене, предоставить адвоката, законно оформить задержание и изъятие личных вещей, встретиться с дежурным прокурором…


Дежурный прокурор Саттарханов появляется примерно через три часа после моего доставления в УВД, но никаких мер по прекращению незаконных действий полицейских не предпринимает. Я требовал возврата личных вещей, внесения меня в книгу доставленных граждан, требовал принять у меня заявление по факту незаконных действий полицейских.


 


– И заявление не приняли?


– Он только отбирает у меня объяснительную по событиям у моего подъезда, хотя никаких обвинений мне никто не предъявляет. Позднее, примерно в 15:00, меня везут в административный суд, где уже предоставляют бесплатного адвоката. В суде меня наконец-то ознакомляют с обвинением в злостном неповиновении законному распоряжению сотрудников полиции (имеется в виду, когда они меня задержали возле подъезда и сказали, что везут в УВД Жетысуского района). В суде я пытался доказать неправомерность действий полицейских, которые часом раньше до задержания сами же вручили мне повестку, но все бесполезно.


Когда судья Кельдыбаев оглашал постановление о назначении мне наказания в виде 15 суток ареста по 355 статье КоАП, я сказал: «Позор суду!». Кельдыбаев после окончания оглашения сказал, что добавляет мне еще 3 суток по 513 статье (неуважение к суду).


 


– После такого «правосудия» не пробовали подать на апелляцию?


– На следующий день в спецприемнике я написал заявление в районную прокуратуру по факту пыток и других незаконных действий полицейских, а также апелляцию. Апелляция оставила решение первой инстанции без изменений, а по заявлению о пытках 28 февраля приезжал помощник прокурора Жетысуского района, который отобрал у меня дополнительные пояснения и сообщил, что мое заявление зарегистрировано в книге учета записей о преступлениях и ведется проверка.


Сейчас я с юристом готовлю исковое заявление к ДВД о признании незаконными действий полицейских и взыскании морального вреда в 1 миллион тенге. Надеюсь, подам его к концу недели.


Кстати, пока я отбывал арест, полицейские вызвали мою гражданскую жену и сказали, что Усенов написал заявление и на нее. Она говорит, что заявление по содержанию было идентичным, просто добавлена ее фамилия и написано оно было другим почерком.


 


– Понятно, что жена ни при чем, но и Вы тоже ничего не писали об Усенове. Почему из всех четверых арест получили только Вы?


– У меня только одна версия: чтобы не дать поехать на встречу Есимова с народом. Усенова просто использовали. Судя по всему, он писал под диктовку все, что ему скажут.


 


Иван ПРИХОДЬКО


 


Публикация на интернет-портале «Республика» от 18.03.2014


<http://respublika-kaz.info/news/society/35852>


 


Добавить комментарий