КМБПЧ – Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности

Так в чем Козлов виноват?

25.09.2012

 



Казахстан, Актау


Межрайонный суд по уголовным делам Мангистауской области


Судье Мырзабекову Б.


 


 


ПОКАЗАНИЯ СВИДЕТЕЛЯ БОЛТАТА АТАБАЕВА НА ВОПРОСЫ АДВОКАТОВ ПОДСУДИМОГО ВЛАДИМИРА КОЗЛОВА


 


– Знаете ли вы Козлова, и как может охарактеризовать?


– Да, я знаю Владимира Ивановича Козлова несколько лет по работе в общественном объединении «Демократический выбор Казахстана». Человек с большим сердцем и надежный товарищ по протестной культуре. Он хорошо понимает проблему гражданской культуры. Он, как и я, видел в забастовке нефтяников ростки формирования гражданского общества, что является основным условием любого демократического строя. Нефтяники боролись за свои гражданские права. Я считал, считаю и буду считать: Козлов, Сапаргали выполняли свой гражданский долг. Они заслуживают признания и высокой награды!


 


– Давал ли Козлов вам указания ехать в Жанаозен и как вы туда попали?


– Нет, никаких указаний Владимир Козлов мне не давал. Я обратился к сопредседателю партии ОСДП «Азат» Булату Абилову с просьбой посодействовать в покупке авиабилета в Актау, чтобы поехать в Жанаозен. Он обещал помочь, но вопрос так и не решился в течении нескольких дней. После чего я обратился к Козлову. Он помог мне с билетом. У него была единственная просьба ко мне, вести себя в рамках закона. Пресекать любые разговоры со стороны нефтяников о силовом решении вопроса. Задача была одна – обратить внимание власти и работодателя на проблему нефтяников.


У меня следователь спрашивал, откуда у Козлова деньги. Я тогда спросил, ответьте, откуда у «Нур-Отана» деньги? «Алга» – это политическая партия, а не шарашкина контора, и ей иметь деньги законом не запрещено.


 


– Давал ли Козлов вам указание выступить перед нефтяниками?


– Козлов не может мне давать никаких указаний, потому что я не являюсь его подчиненным. Я еще раз говорю, это моя личная инициатива, ибо я уверен, что нефтяники Мангыстау мирно выступили за улучшение условий труда, за социальную справедливость. Это их конституционное право! Я и сейчас готов поддержать рабочих за подобные мирные выступления! И это уже мое конституционное право!


 


– Давал ли Козлов указания призывать нефтяников стоять до конца?


– Я не знаю, призывал ли Козлов стоять до конца или нет. Но разве Козлов силой, против их воли, удерживал нефтяников на площади? Ведь многие нефтяники ушли, ибо надо было кормить детей. Но были и те, которые принципиально добивались социального улучшения. Я лично призывал нефтяников добиваться своих требований мирным путем и говорил, что это их законное требование. Ведь многие граждане Казахстана ожидали справедливого разрешения многомесячной забастовки. Это мое убеждение, в стране впервые начала формироваться культура протеста. Ведь советник президента Ермухамбет Ертысбаев публично отрицал наличие в Казахстане гражданского общества. Он был прав. В первую очередь демократическая власть должна создавать все условия для формирования гражданской культуры. И чем закончились эти мирные акции? Кто дал приказ стрелять?! Кто раскурочил банкоматы и поджег здание акимата города и офис Озенмунайгаза? Почему их никто не ищет? Кто зверски пытал пострадавших людей, выколачивая нужные показания? Суд должен искать ответ на этот вопрос, а не преследовать невинных людей!


 


– Кто заставил вас дать те показания, которые были озвучены в суде?


– Я вначале категорически отказался давать показания и отвечать на вопросы следователя КНБ. Это письменно оформлено. Я готовился к суду. Я считаю, что этот карательный орган не защищает интересы народа Казахстана, а служит только интересам авторитарной власти. Такой КНБ представляет огромную опасность для народа.


После моего ареста с побоями начались длительные уговоры о выходе из тюрьмы по 65 статье со стороны КНБ и моего друга режиссера Ермека Турсунова. Я должен был хотя бы частично признать свою вину. Я категорически отказался от этого предложения. Мне передавали через Ермек несколько вариантов заявления, которые я должен был подписать. Позже я узнал, что автором этих опусов был следователь КНБ Назым Шайкен, который сочинял их в соседней комнате здания ДКНБ по Мангыстауской области.


Я не преступник! Козлов, который сидел в соседней камере, советовал мне согласиться на выход, так как «я сделаю больше полезного на свободе, чем в тюрьме». Но те условия, которые мне предлагали в КНБ – оговорить Козлова и себя – я категорически не принимал. В результате я написал так, как мне посоветовал мой адвокат, т.е., то, что на самом деле я делал: « Я дважды был в Жанаозене, выступал и поддержал нефтяников». Но это не преступление! Затем, якобы прокуроры Жанаозень попросили, чтобы я написал, что я раскаиваюсь, в том, что пролилась кровь. По-казахский это звучит корректно: Қан төгілгеніне өкінемін. Но по-русски так не говорят, а я все показания я давал исключительно на казахском языке.


Я на самом деле сожалею, что пролилась кровь. Но я нисколько не раскаиваюсь, что поддержал нефтяников! То, что я написал в заявлении по 65 статье все глаголы в прошедшем времени – ездил, выступил, поддержал, думал, считал – не говорит, что я изменил свое убеждение. Я до сих пор так думаю и так считаю!


Что касается оценки самой забастовки из моих уст, например, «знал ли я, что нефтяникам увеличивали зарплату два раза» или «выступил бы я перед нефтяниками, если бы знал, что прольется кровь» к уголовному делу никакого отношения не имеют. На казахском я отвечал односложно: білмеймін – не знаю. В итоге это перевели на русский язык с пристрастием!


Если бы даже я знал, что прольется кровь, какая здесь моя вина? Я стрелял?! Или это Козлов стрелял?! Козлов, Сапаргали и Аминов, Тулетаева и другие являются политическими узниками. Это мое твердое убеждение!


 


– Изложите сами свой разговор о головорезах и какова была реакция Козлова


– Следователь КНБ Толыкбаев показал мне письменный вариант разговора, записанного на аудио. По всей вероятности этот разговор был записан до заседания Халык майданы в кабинете Козлова, я обычно у него пил кофе. По этой «прослушке» четко можно определить позицию Козлова о якобы вооруживших «головорезов». Козлов категорически отрицает самой мысли применения силы со стороны молодчиков и говорит, что это может быть фальшивой информацией самого КНБ. Об этом факте я рассказывал сотруднику КНБ Мажилову еще на допросе в Алматы.


Мой адвокат может это подтвердить. Эта «прослушка» полностью доказывает, что Козлов с самого начала забастовки нефтяников отрицал применение силы со стороны нефтяников. МОТ (Международная организация труда) не будет в таком случае рассматривать обращение нефтяников. Когда я говорил с Владимиром «зарубеж», то имел ввиду МОТ.


Эта «прослушка» является доказательством чистоты намерения Козлова. Следователь КНБ Толыкбаев говорил, что Козлов здесь полностью исключает силовой вариант решения проблем нефтяников.


В уголовном деле есть еще другая «прослушка», там я говорю В.Козлову и А.Турусбековой, юристу партии «Алга», о том, что ситуация с забастовкой нефтяников приобретает затяжной характер. Их вопросы никто не собирается решать, ни работодатель, ни власть, ни «Нур-Отан», ни другие политические партии. Эти бесконечные «круглые столы», пресс-конференций, митинги в Алматы не стали инструментом влияния на политическую власть. Сами нефтяники, кроме пассивного сидения на площади по очереди, ничего не могут предпринять. Начались провокационные действия против нефтяников, отдельных активистов избивали, зверски убили Жаксылыка Турбаева, сыпались угрозы в адрес журналистов интернет ТВ К+, стреляли из травматического пистолета и жестоко напали. Убили дочь участника забастовки Карабалаева.


Самое страшное, что правоохранительные органы «никак не могли найти преступников». Распространялись разные слухи о вооруженных «головорезах», о больших деньгах, о вагоне с оружием, нагнетая страх. Так долго это не могло длиться. Надо было достойно выйти из забастовочного состояния. Я предлагал организовать еженедельные мирные митинги с принятием резолюций. Это я обсуждал с самими нефтяниками по скайпу. Кто-то называл это «бучей», кто-то говорил «той». Эти резолюций надо было передавать во властные и международные структуры, обращаться к общественности, тем самым вынуждать их реагировать на нужды рабочих. Козлов поддержал мое предложение, но очень просил « все это должно быть в рамках казахстанского законодательства», для чего и была приглашена к разговору юрист Алия Турусбекова.


Так в чем Козлов виноват? Он, как политик, выполнял свои функциональные обязанности. Его убеждение обязывает, реагировать на эти события! Как можно за убеждение судить? Тогда надо публично признаться, что Казахстан это Северная Корея, и является тоталитарной страной, а не демократической! Кому нужна эта фасадная демократия?!


 


Булат АТАБАЕВ


 


Публикация на странице Б.Атабева в «Фейсбуке»,


перепечатка на интернет-портале «Республика» 24.09.2012


<http://www.respublika-kaz.info/news/politics/25497>


 


Добавить комментарий

Смотрите также