КМБПЧ – Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности

Прокуроры строят обвинение на показаниях полиции

15.05.2012

Мы продолжаем публикацию репортажа с прений в суде Актау, где подходит к концу судебное разбирательство по жанаозенскому делу. Речь, напомним, идет о 37 подсудимых – тех самых бастующих нефтяниках, которые семь месяцев просили у власти справедливости, были атакованы полицией, а затем обвинены в организации беспорядков.


Прокурорский «разбор полетов» продолжил (первую часть читайте в материале «Раз не было заявлений, значит, и пыток не было!») старший прокурор  Кзылординской областной прокуратуры Думан Алиев. В его списке было  десять подсудимых.


 


«Он кричал и негативно влиял на сознание…»


 


«Подсудимый Муратбай Джумагалиев вследствие явного неуважения к общепризнанным правовым и поведенческим нормам, встав на путь преступления, и в нижеуказанных случаях совершил тяжкое преступление против общественного порядка и общественной безопасности, а также против режима управления…» — заявил прокурор.


 


Его версия трагических событий 16 декабря 2011 года выглядит следующим образом: «В  09:00 бастующие собрались на центральной площади. Примерно в 10:00 по плану городского акимата, начался парад учеников и студенческой молодежи, они торжественно входили на площадь. В это время группа бастующих, в том числе и Джумагалиев собрались и материли  участников шествия, кричали на них,умышленно мешали нормальной работе общества, не подчинялись представителям власти, которые выполняли свою работу по установлению общественного порядка, пытались остановить праздничное мероприятие…».


 


Вину подсудимого Джумагалиева прокурор Алиев охарактеризовал так:


 


– Джумагалиев в группе других людей, применяя силу в отношении представителей власти, избивая их руками и ногами, палками, камнями, прорвав оцепление организованное представителями власти с целью защиты участников парада, начали массовые беспорядки. Потом он применил силу в отношении майора полиции М.Кызылкулулы и в отношении других представителей власти. Показал пример участникам массового беспорядка в оказании сопротивления представителям власти. Джумагалиев продолжил свои преступные деяния на площади, где не было противозаконных действий со стороны представитетелей власти. Он безосновательно кричал: «Где закон? Где справедливость?»  и… негативно повлиял на сознание других. Призывал всех не подчиняться представителям власти также призывал к массовым беспорядкам.


 


Участник забастовки Муратбай Джумагалиев на суде вину не признал. Нефтяник рассказал, что пытался успокоить молодежь поднявшись на сцену, но его никто не слушал, что пытался защитить юрты, крича: «Не трогайте дома!». Заявил, что не поджигал новогоднюю елку и не имеет отношения к организации массовых беспорядках и никаких сотрудников не избивал, не материл их.  Но прокуроры считают иначе.


 


– Несмотря на то, что подсудимый  не признает вину, ответы потерпевших, свидетелей, документы, собранные на предварительном следствии, видеозаписи, протоколы,  — все полностью доказывают его вину, — уверено заявил Думан Алиев.


 


Например свидетель Қызылқұлұлы указал, что Джумагалиев активно участвовал в массовых беспорядках, оказывал сопротивление сотрудникам полиции, исполнял особую роль в прорыве оцепления полицейских и постоянно был в первом ряду и беспричинно кричал: «Где справедливость? Где закон?». И свидетель вслед за прокурором ( или наоборот) считает, что «беспричиный» вопрос Джумагалиева  провоцировал людей на беспорядки.


 


Думан Алиев привел и слова потерпевшего Мусабаева. Тот на суде тоже сказал: «Джумагалиев, кричал безосновательно на алане, толкал полицейское оцепление, материл полицейских». Согласно материалам уголовного дела, ему вторил свидетель под псевдонимом «Арман». Он тоже сказал: подсудимый дергал за руки сотрудника полиции Кызылкулулы, оказывал сопротивление  полиции, активно участвовал в препятствовании праздничных мероприятий. Свидетель под псевдонимом «Мурат»: «Джумагалиев оказавал сопротивление сотрудникам полиции, толкал их, применял в их отношении силу, ломал оцеплении организованное полицией».


 


– Считаю, Джумагалиев не признает свою вину, чтобы избежать уголовной ответственности, — сказал в заключении прокурор. — Смягчающими вину Джумагалиева обстоятельствами являются  наличие четверых малолетних детей и несудимость. В соответствии со статьей 54 УПК обстоятельств отягощающих  его вину нет. В соответствии со статьей 10 УК совершенные Джумагалиевым преступные деяния относятся к категории тяжких преступлений. Чтобы восстановить справедливость в отношении Джумагалиева, и предупредить совершение им новых преступлений (!) считаю, ему надо назначить наказание в виде… лишения свободы.


 


«Они были примером грубых, бесчестных действий»


 


Закончив с Джумагалиевым, прокурор перешел к следующему подсудимому — Мурату Косбармакову.


 


Продублировав начало речи с предыдущего подсудимого («…участвовал в неразрешенной забастовке, которая не соответствовала порядку, установленному законами…») Думан Алиев заявил: «16 декабря Косбармаков, применяя силу в отношении представителей власти, избивая их руками-ногами, палками, камнями, прорвав оцепление организованное представителями власти с целью защиты участников парада начали массовые беспорядки переросшие в погромы и уничтожение имущества. Для этого они разворотили брусчатку на алане и с целью нанести телесные повреждения несколько раз кидали в представителей правительства камни. Государству был нанесен ущерб в размере 27 миллионов тенге за порчу брусчатки на площади. А 13 полицейских получили телесные повреждения в результате применения силы со стороны  Косбармакова и других. Они били  полицейских руками-ногами, камнями, прорвали оцепление».


 


Прокурор отметил, что Косбармаков  не только применял силу (какую именно, не уточнил) в отношении майора Отешева,  который, понятно, был при исполнении, но показывал ему еще и фигу.


 


-Также  примером своих грубых и бесчестных действий подсудимый провоцировал других людей, — вновь подчернул прокурор Алиев. — Призывал их к активному неповиновению представителям правительства и к массовым беспорядкам.


 


То, что 16 декабря 2011 на площади Жанаозена, были представители правительства, на суде услышали впервые.


 


Прокурор продолжал: «Таким образом, подсудимый совершил преступления предусмотренные частями 2, 3 статьи 241, и части 2, статьи 321 УК РК. Несмотря на то, что Мурат Косбармаков не признавал свою вину, его уголовные действия полностью доказаны материалом  следствия.


 


Алиев перечислил: свидетель под псевдонимом «А.Сапаргалиев» рассказал: видел как Косбармаков кидал камни в полицейских, угрожал и материл их. Свидетель «Мурат» узнал Мурата — якобы, тот активно участвовал в массовых беспорядках, показал себя как нарушитель порядка. Он нападал на заместителя  начальника ГУВД Утешева и… оскорбил его неприличным жестом. Еще нападал на полицейское оцепление. Кидался камнями, был еще в нетрезвом состоянии… Потерпевший Сагиев также сообщил о «бесчестных» действиях  Косбармакова,  а именно, что подсудимый оказывая сопротивление сотрудникам полиции, он показывал фигу полицейским. Потерпевший Мусабаев, Амангельдиев, Койланов рассказали тоже самое.


 


« Это подтверждает и видеоматериал», — заверил прокурор, хотя при просмотре в зале суда видеокадров, кажется, никто не видел интересных комбинаций из пальцев, которые  так глубоко тронули полицейских и прокуроров.


 


Смягчающим обстоятельством для обвиняемого может служить наличие малолетних детей и несудимость, завершил прокурор. Отягощающим уголовную ответственность обстоятельством  назвал совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения.


 


– Совершенные Джумагалиевым преступные деяния относятся к категории тяжких преступлений. Учитывая, что он не признает вины, и не раскаивается в неэтичном поведении, считаю, ему надо назначить наказание в виде лишения свободы, — без сомнения завершил Думан Алиев.


 


«Непеса тоже нужно лишить свободы»


 


Характеристика действий следующего подсудимого Бауыржана Непеса в точности совпадала с действиями, зачитанными в адрес предыдущих подсудимых: «…руками-ногами, камнями, палками били представителей полиции, начали массовые беспорядки, переросшие в погромы и уничтожение имущества…».


 


Правда, тут обвинение добавило новые детали. Непес «разломал сцену, стоимостью 4 миллиона тенге, а также звукоусиливающую аппаратуру стоимостью 420 тысяч тенге, причинив ущерб государству на 4 миллиона 420 тысяч тенге. Из-за действий Непеса и других пострадало 13 полицейских».


 


– Не нашли подтверждения факты, что Непес призывал к массовым беспорядкам, — отметил прокурор Алиев. — Поэтому считаю, что часть 3, статьи 241 УК РК не применима к нему.


 


Но сторона обвинения настаивала, чтобы  Непес получил наказание в соответствии с частью 2, статьи 241 УК и частью 2, статьи 321 УК.


 


– Подсудимый Непес, признал свою вину частично, — говорил  прокурор. — Но в ходе судебного разбирательства полностью отказался от признания вины. Материалами уголовного дела  его вина доказывается полностью.


 


Прокурор опять перешел к цитированию свидетелей-полицейских.  Их против подсудимого выступило аж  пять человек.


 


Свидетель Алдашева на суде рассказала: Непес ее родственник, поэтому она отказывается от показаний, данных на предварительном следствии.  «Считаю ее отказ безосновательным», — сказал гособвинитель и … взял ее показания за основу обвинения.


 


Следующий свидетель Тлеккабылова рассказала, что в 9.45 пошла на центральную площадь. Там увидела, как нефтяники, прорвав оцепление полицейских, ногами скидывали звукоусиливающую аппаратуру. В это время она, Алдашева, Жолдыбаев видели Непеса Бауржана. После этого они убежали.  «Алдашева просила этих людей прекратить погром, уйти. А Непес ответил: «Не хотите умереть — уходите!». После этого Алдашева села в чью-то машину и уехала».


 


Свидетель Токсанов показал: 16 декабря сидел в ГУВД Жанаозена. В 11.30 его вызвали на площадь Независимости, там он увидел среди бастующих Непеса. Он, якобы, матерился, вышел на встречу участникам парада, оказывал давление на полицейских. Затем поднявшись на сцену, разгромил оборудование, и …гонял полицейских.


 


Свидетель под псевдонимом «Мурат» рассказал: Непес оказывал сопротивление полицейским, избивал их, кидал в них камни, громил оборудование на сцене.


 


– Вещественные доказательства, подтверждающие вину Непеса, приобщены к материалам уголовного дела, — заверил прокурор.


 


Смягчающим обстоятельством вины подсудимого гособвинитель также назвал наличие малолетних детей и отсутствие судимости.


 


– Отягощающих обстоятельств нет, тем не менее, в соответствии со статьей 10 УК РК деяния Непеса относятся к категории тяжких преступлений. Поэтому считаю, что его тоже надо лишить свободы, — опустил в очередной раз гильотину «правосудия» прокурор.


 


Признал бы вину — и освободили бы?


 


Нефтянику Жанату Муринбаеву повезло больше, но не спасло от прокурорского  вердикта «лишить свободы тоже».  По версии обвинения подсудимый  тоже «умышленно препятствовал проведению праздничных мероприятий и не подчинялся законным требованиям правоохранительных органов, призывал к неподчинению представителей правительства, своим поведением давал пример другим…».


 


– В соответствии с частью 6, статьи 317 УК РК, прокурор имеет право при расследовании дела брать за основу свои внутренние убеждения, — неожиданно приоткрыл занавес профессиональных тайн, Думан Алиев. — Если положение подсудимого не ухудшается, и его права не нарушаются, прокурор может изменить обвинение. Мы считаем, что часть обвинений с Муринбаева могут быть снята, а именно по части 2, статьи 241 УК РК.


 


Казалось, можно было вздохнуть и порадоваться за  Жаната, но не тут-то было. Прокурор свою речь еще не закончил.


 


– Все же свою вину полностью он не признает, — рассуждал Алиев. –  Говорит, что ходил на алан смотреть концерт, примерно в 11.30 ушел домой. Около 15.00 заходил к соседу, чтобы позвонить родственникам жены. Вечером поехал к ним же. Выйдя из дома вечером, услышал выстрелы и испугавшись вернулся.  Даже если Муринбаев не признает свою вину, собранные на предварительном следствии показания свидетелей, потерпевших, понятых, протоколы  и другие материалы  полностью  доказывают его вину. Было выяснено: его показания не имеют основания. По полученным от компании «Диджитал ТВ» распечаткам следствие выяснило: Муринбаев никаких звонков не делал. 4 апреля во время опроса свидетеля Мылтыкова, спросил его: «Не ты ли скомандовал на алане: «Стреляй по моей команде на поражение!».  При этом сказал, что слышал это сам. Муринбаев был на центральной площади. Так же, другие свидетели видели его там   кричавшего и призывавшего к массовым беспорядкам….


 


Обстоятельствами, смягчающими вину Муринбаева, прокурор назвал наличие малолетних детей и отсутствие судимости. Итог прокурор подвел стандартно:


 


– Хотя отягощающих вину обстоятельств нет, тем не менее, в соответствии со статьей 10 УК РК деяния Муринбаева относятся к категории преступлений средней тяжести. Но Муринбаев полностью не признает свою вину, поэтому считаю, его надо лишить свободы.


 


Подсудимый Парахат Дюсенбаев, по версии прокуроров, «бил полицейских руками-ногами, камнями, палками, и в составе других начал массовые беспорядки, переросшие в погромы, поджоги. Вследствие этого пострадало 13 представителей полиции. Но неподчинение представителям правоохранительным органов и призывы к массовым беспорядкам не нашли   подтверждения».


 


– Поэтому считаем, что обвинение по части 3, статьи 241УК РК,  выдвинуто против него излишне, — сказал Думан Алиев и заверил суд: « Подсудимый Дюсенбаев полностью отрицает свою вину. Но следственные материалы  доказывают его вину  полностью».


 


«Следственные материалы», заметим, это опять свидетели.


 


Свидетель под псевдонимом «Куаныш», показал: подсудимый отталкивал полицейских, прорвал оцепление и бежал в сторону сцены. «Куаныш» знаком с Парахатом со школьных лет. Когда Дюсенбаев начал кидать камни в полицейских «Куаныш» ушел с алана.


 


Другой свидетель — Токсанов, рассказал, что был на центральной площади Жанаозеня по приказу начальства. Видел Дюсенбаева, прорывавшего оцепление полицейских. Еще один свидетель –  Шегебаев, видел как Парахат кидал камни в сторону полицейских.


 


Потерпевший Койланов видел, как Парахат, якобы, активно участвовал в массовых беспорядках.


 


  Надо заметить, что Дюсенбаев признался, что материл представителей полиции, и сожалеет об этом, — заметил прокурор.


 


Обстоятельствами, смягчающими вину Дюсенбаева, прокурор назвал наличие малолетних детей и отсутствие судимости.


 


– Отягощающих его вину обстоятельств нет, но деяние, совершенное Дюсенбаевым относится к категории тяжких преступлений. Поэтому считаю, что к нему тоже надо применить наказание в виде изоляции от общества…


 


Большой зуб на Жанбыра Ергазева


 


Примерно те же обвинения провучали в адрес Жанбыра Ергазева.


 


– Подсудимый Ергазев бил полицейских руками-ногами, камнями, палками, и в составе других начал массовые беспорядки, переросшие в погромы, поджоги. Вследствие этого пострадало 13 представителей полиции. В результате действий Ергазева по порче брусчатки государству причинен ущерб в размере 27 миллионов тенге…, — зачитывал как под копирку прокурор декабрьскую историю следствия следующего подсудимого Жанбыра Ергазева.


 


Жанбыр не признал своей вины. Прокурор в очередной раз убеждал суд:   собранные на предварительном следствии показания свидетелей, потерпевших, понятых, протоколы и т.д. вину его полностью  доказывают, гл все опять-таки строилось исключительно на показаниях   свидетелей- полицейских.


 


Полицейский Баржиков, прибывший по тревоге на центральную площадь Жанаозена, узнал его по фототаблице людей, получивших огнестрельные ранения.  Баржиков показал: подсудимый Ергазев не подчинялся и  отталкивал полицейских, прорвал оцепление и  тоже бежал в сторону сцены. Придя на алан второй раз, полицейский опять увидел Ергазева, теперь уже кидающего камни. Тогда Ергазев получил огнестрельное ранение в ногу.


 


Свидетель под псевдонимом «Арман»  показал: Ергазев участвовал в массовых беспорядках, кидал камни, провоцировал других к неповиновению. Свидетель под псевдонимом «Мурат» — что видел Ергазева, кидавшего камни, описал его внешность.


 


– По заключению судебно-медицинской экспертизы Ергазев получил огнестрельное ранение в правое бедро, из-за которого его здоровье в течение трех недель было нарушено. Ранение было оценено как легкой тяжести, — заключил прокурор.


 


На самом деле рана Жанбыра не заживала в течение не менее трех месяцев. О плохом медицинском обслуживании в  СИЗО Актау  и тяжелой ране мужа, журналистам рассказывала его жена — Тамара Ергазева. По просьбе одного горе-адвоката она расклеила написанные от руки листки с предупреждением в адрес полицейского Баржикова (адвокат ее убедил, что полицейский… испугается и не придет в суд — авт.), который по ее убеждению, планировал лжесвидетельствовать против ее мужа на суде. Тамару задержали и на два месяца, как раз на время проведения жанаозенского процесса, посадили  под домашний арест. Суд над женщиной состоится 16 мая в Жанаозенском суде.


 


Прокурор  и в случае с Жанбыром Ергазевым, не был оригинален.


 


– Обстоятельствами, смягчающими вину Ергазева, является наличие одного малолетнего ребенка и одного ребенка-подростка, — завершая, сказал Думан Алиев. –    Отягощающих его вину обстоятельств нет, но деяния Ергазева относятся к категории тяжких преступлений. Поэтому,  считаю,   к нему надо применить наказание в виде изоляции от общества.


ИСТОЧНИК:


Интернет-портал «Республика»


www.respublika-kaz.info/news/politics/22558/


 


Добавить комментарий

Смотрите также