15-летний мальчик осужден по обвинению в убийстве своей матери после жестокого обращения при содержании в заключении и судебного разбирательства, проведенного с рядом нарушений

02.11.2022

«Ни в материалах дела, ни в судебном заседании не было представлено доказательств, указывающих на то, что А. А. виновен» (защитник А. А.)

В течение 11 дней 15-летний А. А. был круглосуточно прикован цепью к больничной койке (за исключением времени на прием пищи и посещения туалета), находясь в предварительном заключении по обвинению в убийстве своей матери. В его комнате находились двое сотрудников службы безопасности, вооруженные автоматами и дубинками. Отцу А. А. не разрешили навещать его. (Фото © частное)

Коалиция НПО Казахстана против пыток, Казахстанское международное бюро по правам человека (КМБПЧ) и Международное партнерство по правам человека (МППЧ) обеспокоены достоверными заявлениями о том, что А. А. подвергался пыткам, жестокому обращению и психологическим угрозам во время содержания под стражей, в том числе путем отказа ему в оказании необходимой медицинской помощи, и осужден за убийство своей матери, несмотря на доводы о его невиновности.[1] Эти организации призывают власти Казахстана тщательно расследовать факты жестокого обращения с А. А. в заключении, привлечь к ответственности всех причастных к этому лиц и провести повторное справедливое судебное разбирательство по делу об убийстве матери А. А.

Арест, неоказание медицинской помощи и озабоченность по поводу применения пыток и жестокого обращения

Поздно ночью 7 января 2021 года Ю. Т., успешная бизнесвумен, была убита в своем доме в г. Алматы. Сообщается, что ее сын А. А., которому на тот момент было 15 лет, был свидетелем убийства и, по словам адвоката А. А., следовал за преступником на улице.

Около 3 часов ночи 8 января патруль полиции увидел мальчика, на котором не было ни пальто, ни обуви , хотя температура была около -18 градусов по Цельсию. Сотрудники доставили его в РОВД Алмалинского района города Алматы. По словам отца А. А., полиция вызвала скорую помощь, но не позволила сотрудникам скорой помощи отвезти мальчика в больницу, позволив им лишь просто наложить повязку.

Содержание в РОВД Алмалинского района г. Алматы

В нарушение Минимальных стандартных правил Организации Объединенных Наций, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила), которые требуют немедленного уведомления членов семьи (правило 10.1), с отцом А. А. связались лишь спустя более пяти часов после задержания сына.

Сообщается, что ночью в полиции допросили А. А. в отсутствие его отца и адвоката. Во время допроса сотрудники полиции угрожали А. А. расправой, если он не ответит на их вопросы. Напуганный, шокированный и испытывающий сильную боль от обморожения пальцев рук и ног, он признался в убийстве своей матери, но позже настаивал на своей невиновности.

Отец А. А. прибыл в полицейский участок вскоре после того, как с ним связалась полиция в 8:30 утра и узнал, что его бывшая жена, мать А. А., была убита, и что полиция подозревает в этом А. А. Он описывает физическое состояние А. А. следующим образом: «Когда я приехал, мой ребенок не мог ходить из-за обморожения, его пальцы были распухшими и покрыты синими волдырями. В течение дня я переносил его несколько раз на спине вверх и вниз по лестнице из одного кабинета в другой». Отец взывал к полиции с просьбой вызвать скорую помощь, но следователь полиции отказался и начал новый допрос, на этот раз в присутствии отца, трех представителей школы и трех сотрудников полиции. А. А. был измотан, несколько раз ронял голову на грудь, но следователь продолжал допрос. Днем, дав ему немного подремать, допрос продолжили, на этот раз также в присутствии назначенного государством адвоката.

Во второй половине дня полиция зарегистрировала А. А. в качестве подозреваемого по делу. Несмотря на протесты отца, сотрудник полиции, ответственный за снятие отпечатков пальцев подозреваемых, снял повязку и с силой надавил на образовавшиеся в результате обморожения волдыри, которые лопнули, причинив ребенку сильную боль.

Перевод в изолятор временного содержания полиции г. Алматы

Вечером 8 января 2021 года А. А. был доставлен в изолятор временного содержания г. Алматы в сопровождении отца. Медицинский работник учреждения указал, что А. А. следует госпитализировать. Полицейские доставили А. А. в больницу скорой помощи, но, хотя там врач также рекомендовал госпитализацию, сотрудники разрешили врачу лишь наложить повязку получше и назначить дальнейшее лечение.

По возвращении в следственный изолятор медицинский работник сообщил, что они не могут обеспечить лечение, назначенное врачами скорой помощи, в следственном изоляторе, и повторил, что мальчика необходимо госпитализировать. Но полиция настаивала, и в конце концов А. А. был помещен в изолятор временного содержания. Было уже за полночь.

Утром 9 января сотрудники изолятора временного содержания доставили А. А. в больницу. Персонал больницы отказал его отцу в доступе к сыну, сославшись на карантинные меры по поводу коронавируса. 11 января независимый адвокат, которого отец А. А. нанял накануне, смог навестить А. А. в больнице и увидел, что А. А. прикован цепью к кровати, а в его комнате находятся двое сотрудников службы безопасности, вооруженные пистолетами и дубинками. Сообщается, что А. А. был прикован к кровати круглосуточно в течение 11 дней. Цепь снималась только для приема пищи и посещения туалета.

10 января специализированный межрайонный суд Алматы избрал меру пресечения в виде заключения А. А. под стражу первоначально на два месяца. Суд не принял во внимание тот факт, что работники полиции не госпитализировали мальчика сразу же после того, как они нашли его на улице, и что мальчик был допрошен без законного опекуна и адвоката посреди ночи.

Перевод в следственный изолятор ЛА-155/18 г. Алматы

20 января А. А. был помещен в следственный изолятор ЛА-155/18 г. Алматы, где содержался в холодной камере с шестью взрослыми, которые много курили. Согласно статье 10 Международного пакта о гражданских и политических правах «несовершеннолетние обвиняемые должны содержаться отдельно от взрослых», а Минимальные стандартные правила ООН по отправлению правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила) предусматривают, что «несовершеннолетние в учреждениях должны содержаться отдельно от взрослых и должны содержаться в отдельном учреждении или в отдельной части учреждения, в котором также содержатся взрослые».

Когда отец посетил его 1 февраля, он заметил, что у А. А. сильный кашель, а его руки и ноги значительно потемнели в результате обморожения. Хотя отец обращался за медицинской помощью, А. А. не получал никакого лечения, кроме того А. А. вызвали к начальнику следственного изолятора, который заставил его письменно заявить, что у него нет жалоб.

Когда в следственном изоляторе были введены карантинные меры, связанные с коронавирусом, отцу А. А. больше не разрешалось посещать А. А. Ему разрешили сделать только один телефонный звонок 18 марта в течение трех минут с прерывающейся телефонной связью. Такое обращение нарушает обязательства Казахстана как участника Конвенции о правах ребенка, которая предусматривает, что каждый ребенок «имеет право поддерживать связь со своей семьей посредством переписки и свиданий, за исключением крайних обстоятельств» (статья 37, с).

Комплексная судебно-психиатрическая экспертиза, назначенная следователем полиции на 15 марта, констатировала, что экспертами выявлены признаки паранойи и неспособности критически оценивать ситуацию, но они не смогли поставить четкий диагноз. Они рекомендовали отправить его в психиатрическую больницу для «принудительного лечения (…) и интенсивного наблюдения». Судебно-медицинская экспертиза была проведена вскоре после того, как А. А. был переведен в другую камеру с пятью взрослыми, которые грубо обращались с ним, заставляли убираться в камере и туалете каждый день и пугали рассказами о том, как потом с ним будут плохо обращаться в тюрьме.

Отсутствие тщательного, независимого и оперативного расследования заявления о пытках

Несмотря на то, что адвокаты А. А. подали несколько жалоб на обращение с А. А. в заключении и непредоставление своевременной и надлежащей медицинской помощи, 30 апреля 2021 года Антикоррупционная служба приняла решение о прекращении расследования заявлений о жестоком обращении.

По словам г-жи Витковской – адвоката, подавшего жалобу на применение пыток в отношении А. А., первоначальное расследование заявлений было некорректным. Письмо, подтверждающее, что принято решение о прекращении расследования заявлений о том, что А. А. подвергался пыткам и жестокому обращению, по утверждению отца А. А., не было им получено. Адвокату удалось прочесть постановление в прокуратуре, но ей не предоставили копию. Сроки обжалования к тому времени уже прошли.

30 апреля судья Алматинского специализированного межрайонного суда постановил перевести А. А. в Республиканскую психиатрическую больницу в Алматы. Ни А. А., ни его отец, ни адвокат не были приглашены для представления своих доводов. В ответ на запрос адвоката А. А. директор больницы заявил, что в больнице нет педиатрического отделения. Отец А. А. обращался с ходатайством от 11 мая в прокуратуру Алмалинского района с просьбой направить А. А. на его попечение или в медицинское учреждение г. Алматы с детским отделением, но ответа так и не получил.

Содержание в Республиканской психиатрической больнице в Алматы

Несмотря на неоднократные жалобы, лишь только 27 мая отца А. А. впервые допустили к сыну в психиатрическую больницу и только на 15 минут. Ему не разрешили поговорить с сыном наедине; при свидании присутствовали пять сотрудников больницы, и А. А. был напуган. В больнице А. А. давали психотропные препараты, один из которых не рекомендуется лицам до 18 лет.

Коалиция против пыток организовала визит двух независимых врачей в психиатрическую больницу 7 июня 2021 года, и они пришли к выводу, что А. А. подвергался психологическим пыткам и жестокому обращению во время полицейского расследования.

Суд и приговор

С 12 июля по 13 октября 2021 года состоялся судебный процесс по обвинению А. А. в убийстве (статья 99 УК РК) в Специализированном межрайонном уголовном суде Алматы. Он был признан виновным, приговорен к восьми годам лишения свободы, однако, суд признал его невменяемым по состоянию здоровья и направил на принудительное психиатрическое лечение. Имеются серьезные основания полагать, что судебное разбирательство не соответствовало международным стандартам справедливого судебного разбирательства. Отец А. А. присутствовал на суде, но самого А. А. не было, и ни психолог, и ни учитель не были приглашены. Судья не специализируется на ювенальной юстиции. Сообщается, что судья не назначил расследование заявлений о жестоком обращении и неоказании своевременной медицинской помощи, и несоблюдении правовых гарантий в местах содержания под стражей. По словам отца А. А. и его адвоката, преступление не было тщательно расследовано. Как сообщается, полиция не исследовала орудие убийства на наличие отпечатков пальцев и не пыталась установить личность человека, который был виден на записях камеры видеонаблюдения и за которым А. А. следил в ночь, когда была убита его мать.

Как прокомментировал адвокат А. А.:

«В данном случае защита просила судью прекратить уголовное дело в отношении несовершеннолетнего А. А., оправдать его и освободить из-под стражи. Это было основано на том, что суд первой инстанции вынес незаконный судебный акт, признав А. А. совершившим преступление в состоянии невменяемости, при этом доказательств виновности А. А. нет ни в суде, ни в материалах дела. Кроме того, суд проигнорировал представленные защитой факты фальсификации доказательств обвинения следователем полиции, государственными психиатрическими экспертами и государственным судебным биологом. Кроме того, независимый судебный биолог сообщил суду, что результаты государственной судебно-биологической экспертизы были сфальсифицированы. Суд первой инстанции совершил незаконные процессуальные действия и способствовал фальсификации доказательств уже в ходе судебного разбирательства – обвинение и суд сфальсифицировали показания о действиях государственных психиатрических экспертов, установивших «невменяемость» А. А.

И вдобавок ко всему, суд первой инстанции не учел должным образом ключевые видеозаписи с камер наблюдения, установленных во дворе и над подъездом дома, в котором находится квартира потерпевшей, – на этих записях указывалось время, когда неизвестный вошел в здание, а затем ушел с рюкзаком. Сначала следствие скрыло эти видеозаписи, но по ходатайству защиты они были приобщены к делу в ходе судебного разбирательства. В настоящее время А. А. находится в психиатрической больнице, защита подала кассационную жалобу».

После суда А. А. был переведен в Республиканскую психиатрическую больницу, где продолжает отбывать наказание. На момент написания данного материала (октябрь 2022 г.) кассационная жалоба все еще находится на рассмотрении.

Рекомендации органам власти Казахстана:

– – Незамедлительно возобновить расследование достоверных сообщений о том, что А. А. было отказано в необходимой медицинской помощи во время содержания под стражей, что ему угрожали насилием, и что он подвергался пыткам и другим видам жестокого обращения, и обеспечить проведение тщательного, беспристрастного и объективного расследования и привлечения к ответственности виновных.

– Незамедлительно расследовать достоверные заявления о том, что А. А. было отказано в обеспечении правовых гарантий в заключении, и что с ним обращались в нарушение международных стандартов в отношении человека, например, его отец не был своевременно уведомлен о его задержании; его допрашивали без адвоката и отца посреди ночи; его содержали в одной камере вместе со взрослыми.

– Провести повторное справедливое судебное разбирательство по делу об убийстве матери А. А. для рассмотрения всех имеющихся доказательств и начала дальнейшего расследования, необходимого для установления обстоятельств ее смерти.

– Пока кассационная жалоба находится на рассмотрении, А. А. должен быть срочно переведен в место, подходящее для ребенка, и должен получить все необходимое лечение травм в соответствии с международными стандартами.


[1] Имя изменено по соображениям защиты данных.