УДО им только снится

21.11.2021

Осужденного предпринимателя из СКО, который, скорее всего, стал жертвой рейдерства, отказываются отпускать из колонии условно-досрочно. Правозащитники говорят, что в их регионе уже сложилась традиция отказов без всякой логики.

Выйти на свободу условно-досрочно или по амнистии удается далеко не всем, несмотря на «гуманизацию» пенитенциарной системы и наличие у осужденных всех необходимых составляющих. Меньше всего шансов у политзаключенных, перешедших дорогу чиновникам или жертв рейдерских захватов при участии силовиков.

Подобное происходит повсеместно, однако правозащитники из Северо-Казахстанской области решили акцентировать внимание на ситуации с выходом на УДО в их регионе. По их наблюдениям, сплошь и рядом происходит так, что осужденные, не нарушая установленного порядка и дисциплины, имея положительную характеристику и погашенный гражданский иск, после подачи в установленный срок ходатайства об условно-досрочном освобождении получают отказ, причём неоднократный.

О происходящем рассказали на пресс-конференции участники региональной Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Марина Нистолий и Александр Данчев, а также Людмила Мещерекова – дочь осужденного предпринимателя Олега Андрющенко, отбывающего срок в колонии ЕС-164/3.

В законе чётко сказано, что рассмотрение судом каждого конкретного ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении или о замене неотбытой части наказания более мягким форой должно рассматриваться сугубо индивидуально и с учётом всех обстоятельств дела. Однако анализ многочисленных обращений в нашу комиссию от осуждённых, отбывающих наказание в колониях СКО, а также постоянный мониторинг судебных заседаний по таким делам не внушают оптимизма. Именно индивидуального подхода к личности осужденного мы здесь не видим, а видим применение некоего шаблона, неизвестно кем и как установленного, – считает Марина Нистолий. – Штампуемые судами отказные решения по УДО мотивированы по одинаковому шаблону: недостаточная степень исправления, при этом нигде и никогда не расшифровывается, чем именно судья измерил эту самую недостаточность?. Указания же на добровольное трудоустройство осужденного и его добросовестный труд, а также на его активное участие в общественной жизни колонии, в проводимых там культурно-массовых мероприятиях (по закону именно это и должно учитываться) наши судьи отметают на том основании, что всё это само по себе входит в обязанности осужденного.

И еще она отмечает более чем странную позицию администрации исправительного учреждения, когда в выданном ею заключении на ходатайство осужденного перечисляются все имеющиеся у него поощрения: за труд, быт и культуру, а затем следует вывод о недостаточной степени исправления и преждевременности выхода этого человека на УДО или замены ему неотбытой части наказания. «В чём же тогда измеряется степень исправления?» – недоумевает Нистолий.

Правозащитник Александр Данчев приводит пример осужденного предпринимателя из Петропавловска Олега Андрющенко. Все говорит за то, что агроном-новатор, планировавший сажать экзотические фрукты, сел сам, став жертвой рейдерского захвата его бизнеса – теплиц. Андрющенко не учел, что в Казахстане законности примерно столько же, как в Зимбабве, когда там на «законных основаниях» отжимали земли и имущество фермеров

Сначала ему предъявили неуплату налогов, но поскольку по закону посадить за это нельзя, то решили «сделать» лидером ОПГ и осудили на семь с половиной лет (подробней о деле читайте ЗДЕСЬ). Теперь же система отказывает ему в освобождении условно-досрочно, хотя оснований для отказов нет. Но, как уже говорилось, к политзаключенным и жертвам рейдерства – подход особый.

– Администрация колонии даёт Андрющенко положительную характеристику, которую представитель учреждения на судебном заседании зачитал, а потом озвучил заключение: применение УДО нецелесообразно. Но если вы так считаете, то зачем давали положительную характеристику? И наоборот: если вы сами давали положительную характеристику, то почему считаете выход его на УДО нецелесообразным? – констатирует правозащитник Александр Данчев, наблюдавший судебный процесс по УДО.

Прокуратура, по словам Данчева, поддержала позицию не предоставления условно-досрочного освобождения. И пока что судья отложил рассмотрение до нового заседания, на которое приглашены представители  «потерпевшей стороны» – департамента госдоходов. Несмотря на то, что суд, приговорив Андрющенко в гражданском порядке отказал в удовлетворении гражданского иска налоговиков, так что никакой задолженности перед ними Олег не имеет.

 – Ходатайство об условно-досрочном освобождении мой отец подавал дважды – первый раз он делал это в апреле, второй раз подаёт его в ноябре. При рассмотрении первого ходатайства судья Байзакова отказала в удовлетворении ходатайства на том основании, что осужденный не возместил государству нанесённый ущерб, хотя суду была представлена справка о том, что гражданском иске департаменту госдоходов было отказано. Получается, что один суд просто проигнорировал решение другого суда, что является совершенно незаконным, – рассказывает дочь осужденного Людмила Мещерекова.

На эту несообразность Андрющенко указал в своей апелляции на постановление об отказе ему в УДО. И в июне этого года судья Дуранин отказал в удовлетворении апелляции на том основании, что у осужденного нет положительной степени исправления. И это несмотря на то, что заключение о наличии такой степени администрация колонии дала ещё в мае, после чего оно было представлено в суд. В начале ноября осужденный снова подал ходатайство об УДО.

Надежды на амнистию он не возлагает, поскольку «лидеру тепличного ОПГ» она не положена. И с учетом того, что по сложившейся в СКО практике отказа в УДО по любым причинам или без таковых, шансов у Андрющенко не так уж и много.