КАЗАХСТАНСКОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ БЮРО ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА И СОБЛЮДЕНИЮ ЗАКОННОСТИ

В Казахстане официально выявлено семь тысяч лиц без гражданства и еще свыше пяти тысяч без каких-либо документов. Однако реальные цифры могут быть куда больше. Надежды возлагают на перепись населения и парламент, где на рассмотрении находятся два законопроекта.


В 2014 году Управление верховного комиссара ООН по делам беженцев запустило глобальную кампанию #IBELONG (Я принадлежу) по полному искоренению в мире безгражданства к 2024 году. О результатах кампании за текущий год по Казахстану сегодня рассказали на пресс-конференции Шолпан Олжабаева, специалист по вопросам безгражданства УВКБ ООН в Казахстане, и Денис Дживага, заместитель директора Казахстанского международного бюро по правам человека (также координатор проектов УВКБ ООН «Оказание правовой помощи беженцам и лицам без гражданства»).

Всего по Казахстану официально признаются порядка семи с половиной тысяч человек с паспортами «лиц без гражданства». Они имеют практически те же гарантированные права, что и граждане страны.  Однако с начала кампании #IBELONG было выявлено еще свыше пяти тысяч лиц с неопределенным гражданством - тех, у кого нет вообще никаких документов. Причем, люди без паспортов могут жить целыми поколениями, особенно в сельской местности, и по факту большинство из них являются гражданами РК, только без подтверждающих документов. «Эти люди невидимы для государства», - поясняет Шолпан Олжабаева. И помимо лишения большинства прав и возможностей, они, как правило, не могут легально устроиться на работу и даже свободно передвигаться.

Их дети, не имеющие свидетельств о рождении, из всех благ могут рассчитывать разве что на школьное образование, но и то без получения аттестатов. А вот медицинские услуги, какие-то социальные пособия им недоступны, как и их родителям.

Однако, как проинформировала представитель УВКБ ООН, в июле 2019 года мажилисом парламента были одобрены поправки в Кодекс о браке и семье и данные поправки позволят обеспечить регистрацией всех детей, независимо от их правового статуса. Сейчас поправки находятся на рассмотрения в сенате. В случае их принятия по крайней мере будет пресечена преемственность поколений апатридов, если родители не могут или, бывает что и не хотят озаботиться документированием.

В свою очередь Денис Дживага считает, что семь тысяч лиц с паспортами неграждан – это тоже ненормально, «но к нам обращается очень много людей вообще без документов». По октябрь этого года в филиалы Бюро по правам человека в шести регионах обратился 601 человек, удалось благополучно разрешить 267 дел. Еще 429 дел с учетом прошлых лет находятся в производстве у юристов Бюро по правам человека, выступающего партнером УВКБ ООН в проекте «Оказание правовой помощи беженцам и лицам без гражданства».

- Надо признать, что в 90 процентах проблема в самих людях, потому что кто-то вовремя не обращается, кто-то упускает момент обмены документов, еще что-либо, - говорит Дживага.

Но и в том случае, когда человек хочет определить или восстановить свое гражданство, вступают в силу законодательные или межгосударственные коллизии, поскольку даже в странах СНГ сохраняется разный подход к выдаче подтверждающих документов, переписка между государственными ведомствами может занимать годы, а получение справок обойтись заявителю в круглую сумму.

Труднее всего тем, кто имеет какое-то отношение к спорным территориям: Южной Осетии Нагорному Карабаху, Абхазии, Донбассу – в этом случае непризнанные страны и бывшие метрополии пытаются скинуть вопрос друг на друга, либо в процессе «расставания» потерять документацию.

О том, насколько это непросто без помощи специалистов вновь обрести гражданство, поделилась Марина Татаринцева. Ее ситуация во многом типична для других, оказавшихся «без родины, без флага». Уроженка Алматы в 90-х годах уехала в Россию, там вышла замуж, но в силу обстоятельств была вынуждена вернуться обратно. По возвращению прописаться к матери не получилось, и к тому же у женщины украли все документы, включая ее еще «красный паспорт» и свидетельство о рождении. Десять последующих лет, как говорит Марина, оказались вычеркнуты из жизни. В 2017 году она все же решила обратиться в миграционную полицию, где ей вручили кипу необходимых для заполнения бумаг. Но как это сделать и в какой очередности, она не представляла. Время шло, и женщина уже опять опустила руки, пока не узнала о проекте УВКБ ООН и не обратилась в Бюро по правам человека. Пусть через трудности, но с помощью юристов правозащитной организации через год Марина Татаринцева стала обладателем казахстанского удостоверения личности.  

- Без вас, без вашей организации я, правда, не знаю, что бы делала, так бы и болталась между небом и землей, - заканчивает она свой короткий рассказ.

Надо сказать, что Марине повезло не только с тем, что она обратилась в нужное место, но и в том, что ее вопрос разрешился «всего» за год, тогда как подобные процедуры могут занимать до пяти лет.

Есть еще две проблемы, на которые указали спикеры. Одна касается самих людей без паспортов. Многие живут в отдаленных уголках, и у них просто нет возможности или (что чаще всего) денег, чтобы добраться до одного из офисов Бюро. Но помимо этого придется не один раз выезжать, чтобы принять участие в очередной юридической процедуре. Другая сторона – отношение представителей государственных органов. Есть и равнодушие, но в большей степени сами чиновники не могут разобраться в законодательных хитросплетениях, особенно когда доходит до переписки с бывшими братскими республиками. Здесь уже нередко сами работники миграционных служб обращаются за консультациями к юристам Бюро или направляют к ним обратившихся.    

В любом случае совместная работа международного учреждения, казахстанских госорганов и общественной организации продолжается. Если, начиная с 2010 года за помощью в восстановлении гражданства в Бюро по правам человека обращалось до двух тысяч человек, то сейчас цифра сократилась в четыре раза.

- Воля есть, желание у государства решить эту проблему тоже есть – она не политическая, но во многом нужна воля по изменению законодательства, - высказывается Денис Дживага.

- Если разработают процедуру определения безгражданства, это многое облегчит как для получателя, так и для миграционной полиции, у них уже будет четкий алгоритм. Опять же должны быть прописаны разумные сроки рассмотрения документов и их интерпретация (которая может разниться в зависимости от политики каждой из стран).

Сейчас в мажилисе находится также проект закона по вопросам миграции, куда будет включен пункт по компетенции рассмотрения вопросов безгражданства. «И если компетенция будет утверждена, то начнутся разработки подзаконных актов для подготовки процедур», - отмечает Шолпан Олжабаева.

«Правительства некоторых стран продемонстрировали, что изменения в законах и процедурах возможны и просты. УВКБ ООН поддерживает их в своем Глобальном плане действий по защите пострадавших, решению данной проблемы и предотвращению безгражданства. Правовыми краеугольными камнями деятельности УВКБ ООН по оказанию помощи лицам без гражданства и по предотвращению безгражданства, являются Конвенция 1954 года о статусе апатридов и Конвенция 1961 года о сокращении безгражданства», - указывается в пресс-релизе офиса УВКБ ООН в Казахстане. Кстати, наше государство так и не присоединилось ни к одной из тех конвенций.

Те не менее Шолпан Олжабаева выразила ожидания представительства ее организации:

- Мы полагаем, что Казахстан имеет все предпосылки для того, чтобы искоренить эту проблему и обеспечить право каждого человека на гражданство.

Хотя, конечно, еще нет полной картины, сколько людей в стране на самом деле находится в подвешенном состоянии. Определенную надежду возлагают на предстоящую перепись населения, которая может скорректировать временные рамки УВКБ ООН по сокращению безгражданства в отдельно взятой стране.  

Присоединяйтесь к обсуждению публикации на Facebook: