В Оренбурге завершены следственные действия в отношении казахстанца, которого обманным путем выманили на сопредельную территорию, обвинив в шпионаже и на всякий случай в поддержке экстремизма.
47-летнего Романа Белова, мастера татуажа, проживавшего в Байконуре, в ноябре того года пригласили в Оренбург, под предлогом оформления фитнес-центра.
Однако на пункте пропуска ему на голову накинули мешок, повалили на асфальт и стали избивать, а дальше его доставили в следственный изолятор и вот уже почти 11 месяцев он находится там в подвальном помещении в одиночной камере. Ему вменили шпионаж в пользу Украины: якобы передавал кому-то некую таблицу. Сотрудник казахстанского консульства в Казани пытался добиться с ним встречи, но, насколько известно, до сих пор ему это не удалось, так что приходится руководствоваться официальными ответами ФСИН и прокуратуры, заверяющие, что с казахстанцем обращаются как положено. Консульство остается на связи с его родными. (см. «Татуаж –шпионаж»)
Как это там положено, он сам описывает в письме, датированном августом этого года, которое каким-то образом ему удалось переправить на волю. Правозащитники передали его редакции youth.kz.
«18.11.2025 г., возбуждено уголовное дело по подозрению в собирании с целью передачи и передаче сведений о вооружённых силах РФ представителям украинских спецслужб, шпионаж. Я от удивления усмехнулся и тут же получил удары со всех сторон. Я отрицал обвинение, говорил, что не делал этого; меня били по голове, я продолжал говорить, что не совершал этого. Они стали угрожать, что я сяду на пожизненное, что буду сидеть с «петухами», оскорбляли меня, унижали. Говорили, что если я не признаю, то жена моя будет сидеть, а минимум, что дети отправятся в детдом».
Насколько известно, его семья остается в Байконуре, но что с ней происходит – сказать затруднительно.
После чего продолжает описывать происходящее с привязкой к скриншоту некой таблицы, отправленной неизвестному лицу.
«Тогда сзади кто-то из них стал через наручники бить меня током, при этом другой тянул руки вверх. Мне было очень больно и страшно, я кричал. Они остановились и спросили: «Признаёшь, отправлял?» Я ответил, что нет, не отправлял, и тогда они снова повторили свои действия; в этот раз мне показалось, что силу тока увеличили, как и время воздействия. Мне казалось, что вытекает правый глаз, но следов не было. Они кричали мне: «Признавай, отправлял?» Я почувствовал, что теряю сознание, и закричал, что признаю, что отправлял. Тогда только всё прекратилось».
Параллельно в байконурской квартире его гражданской супруги – гражданки РФ, с которой он проживал вместе с совместными малолетними детьми, проходил обыск с участием ФСБ. Добычей стали его персональный компьютер, куртка с зачеркнутым знаком Z (то есть, гражданин РК в своей стране не имеет право выражать свое неприязненное отношение к атрибутике, ставшей символом агрессии?) и легально изданная биография диктатора Адольфа Гитлера.
Здесь надо сказать, что незадолго до драматических событий у него произошел конфликт с соседом – россиянином, повоевавшим в Украине. Описание «подвигов» на захваченной территории, очевидно, и могло привести к выяснению отношений и дальнейшему обращению в российские органы в отношении оппонента, не приветствовавшего войну.
Назначенный государственный адвокат разве что пытался убедить Романа во всем признаться, чтобы тот мог получить минимальное наказание.
После неоднократных пыток «Всё время я испытываю головные боли, боли в области почек и в области таза. Обращался в медицинские учреждения неоднократно. Один раз мне делали УЗИ почек, ничего не обнаружили, несколько раз давали обезболивающие таблетки. Больше никакой медпомощи мне не оказывали. Дежурный медик записывал меня на приём к урологу, потом говорит, что он не захотел меня принимать».
«Сейчас, когда я всё это пишу, у меня ещё есть надежда вернуться домой, к своей семье, обнять своих детей. Но по большому счёту, когда я вижу, насколько всем плевать, я уже ни во что и никому не верю. Но в то же время я верю в то, что справедливости больше нет. Не знаю, сможет ли мне кто-то помочь в этой ситуации. Не знаю, в опасности ли моя семья, в контексте тех угроз, которые звучали в их адрес. Я не знаю, что ждёт меня дальше. Но я хочу, чтобы цивилизованный мир знал на моём примере, каким образом в 21 веке, в современной стране осуществляется досудебное расследование и правосудие в целом. (…) Я не заслуживаю этой участи за свои мирные взгляды, мнения и желания. Желать мира во всём мире не преступление!» – завершает он свое послание.
Поскольку дело полностью засекречено, нет никакой возможности досконально знать, к каким госсекретам соседней страны мог получить тату-мастер. Но зная, что каток репрессий в сегодняшней России сталинского типа не щадит никого.
И как уже отмечалось, даже если ничего не обнаружится, остается спасительная куртка, незапрещенная книга и антивоенные взгляды арестанта, которые в России считаются экстремизмом.
Все может обернуться для Романа от 10 до 20 лет тюрьмы.
После вторжения в Украину казахстанцы, находящиеся в России, нередко оказываются в тюрьмах за свои взгляды. МИД РК, несмотря на все усилия, оказывается бессилен перед отстроенной за десятилетия нашим неспокойным соседом доктриной беззакония. По крайней мере сейчас внешнеполитическое ведомство всерьез взялось за возвращение сограждан, оказавшихся недобровольно втянутыми в чужую войну.
