КАЗАХСТАНСКОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ БЮРО ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА И СОБЛЮДЕНИЮ ЗАКОННОСТИ

Проведенное исследование по школам и классам с уйгурским языком обучения позволило систематизировать все накопившиеся в этой сфере проблемы и представить пути их решений.


В Алматы прошел круглый стол «Школы с уйгурским языком обучения: состояние и перспективы», на котором презентовали результаты мониторингового исследования по образованию на уйгурском языке.

Проведенное при поддержке «Фонда Сорос – Казахстан» масштабное исследование «Мониторинг школ с уйгурским языком обучения» и приуроченный к этому круглый стол выявил проблемы, касающихся не только уйгурских, но и других этнических школ. Сокращение численности учебных заведений, постоянная нехватка учебников и пособий, нехватка учителей, и все это на фоне непрекращающихся и достаточно противоречивых реформ в сфере образования и перехода казахского языка на латиницу - все это вызывает неподдельную тревогу уйгурской общины Казахстана.

Первый уйгурские школы на территории нынешней Республики Казахстан стали открываться еще в начале XX века. Пик был достигнут во время развала Советского Союза, когда у более чем двухсоттысячного уйгурского населения было 70 национальных школ (где обучалось около 30 тыс. учеников).

Сейчас уйгуры являются пятой по численности этнической группой в стране. В отличие от европейских этносов у них наблюдается постоянный демографический рост, и в местах компактного проживания (равно как у узбеков, таджиков) сохранилось некоторое число школ, где занятия ведутся на родном языке. Правда, оставшиеся две таджикских школы и ушедшая в прошлое украинская – скорее показатель того, что может ждать казахстанских уйгуров в будущем. Сейчас у них 12 школ, но пока спасают положение уйгурские классы в смешанных школах. 

В настоящее время речь идет о приблизительно 16 тысячах школьниках, обучающихся на уйгурском языке – все они проживают либо в Алматы, либо в Алматинской области. Это 31% процент от всех уйгурских школьников, большинство же предпочитает учиться на казахском или русском языках. И тенденции к оттоку из национальных школ и классов сохраняются.

Всего исследовательская группа выделила три этапа развития школ с уйгурским языком, начиная с 1991 года, когда был принят закон «О государственной независимости РК». С того момента произошел целый ряд кардинальных изменений не только в сфере образования, но и в языковой и национальной политике. И все это нашло отражение на позициях этнических школ и классов.

Директор Казахстанского международного бюро по правам человека Евгений Жовтис привел в своем выступлении все возможные конвенции и договора, ратифицированные республикой, которые так или иначе затрагивают положение национальных меньшинств. И хотя «только международные договоры, ратифицированные Республикой Казахстан, имеют обязательную юридическую силу, все другие обязательства, которые Республика Казахстан взяла на себя как член ООН и ОБСЕ, они имеют морально-политическое значение и поэтому в любом случае являются обязательствами, даже если они не имеют юридической силы», - говорит правозащитник. «Лица, относящиеся к меньшинству, имеют право на использование своего языка в определенном объеме в качестве языка обучения в государственных школах (…) Когда в системе государственного образования используется только официальный язык, то его следует считать дискриминационным, если языковое меньшинство оказывается в худшем положении в сравнении с носителями государственного языка», - перечисляет он ряд норм. - «Лица, относящиеся к меньшинствам, обладают правом на изучение родного языка в государственных школах, там, где это практически реализуемо и оправдано, даже если их численность не позволяет использовать этот язык в качестве языка обучения». При этом национальные меньшинства должны иметь возможность изучать государственный язык, опять же, чтобы оказаться в равных условиях с его носителями.

«Кроме одного положения концепции – преподавания казахского языка – другие положения не были внедрены в систему образования на местах. Самая главная проблема этнических школ – отсутствие государственной защиты и помощи», констатируется в исследовании.  В нем же приводятся выдержки из предыдущего анализа, проведенного в 2011 году. «Начиная с 2006 года школы с уйгурским языком обучения вновь испытывают трудности, связанные с отсутствием внимания со стороны представителей государственного управления образования Алматинской области. В ряде негосударственных СМИ регулярно появляются статьи, где уйгурские школы часто рассматривались как источники межнационального напряжения. Таким образом, уйгурские школы Казахстана попадают под очередное общественно-политическое влияние на местах». Но сейчас эти тенденции остались в недалеком прошлом, зато сохранились другие проблемы, теперь уже больше нормативно-технического характера. И влияние времени, о чем и было высказано в ходе «круглого стола».

Правовед Гульназ Искандерова прошлась по казахстанским законодательным актам и всем этапам реформирования образования. И даже то, что за весь период сменилось аж девять министров образования, не могло сказаться на его качестве.

«Система полиязычия приводит к разрушению сложившейся казахстанской модели образования. Практика показывает, что внедрение такого опыта приводит к сокращению контингента уйгурских школ. Отсутствие двуязычных квалифицированных кадров усложняет и без того непростую учебную обстановку», и в результате «родители выбирают школы на неродном языке», – останавливается она подробней на втором образовательном этапе 1996-2007 гг.

Алимжан Тиливалди - директор Фонда поддержки образования на родном языке «Уйгур мэктиви» - рассказал о дошкольном обучении. По данным Министерства образования и науки, существует всего 12 единиц групп дошкольного обучения на уйгурском языке, где обучается 512 детей, тогда как ежегодно в первый класс поступает 1500 учеников. Опять же программы дошкольного образования имеются только на казахском и русском языках – вот только некоторые из перечисленных им проблем.

Переходя от дошкольного к школьному обучению Тиливалди солидарен с Искандеровой.

«Мы видим изменение системы традиционного образования, которые не вполне учитывают некоторые международные нормы. То есть, в международных нормах говорится, что фундаментальное право – получение образования в начальных и средних классах на родном языке. Вот тут мы не должны были проводить различные эксперименты по применению полиязычного образования», - что, на его взгляд, соответствует и международным нормам, и традиционной модели казахстанского образования. - «Некоторые уйгурские школы с участием ОБСЕ стали переходить на полиязычное образование, каждая школа стала проводить различные эксперименты, соревновались между собой и в результате некий хаос. Это проявлялось на начальных и средних этапах обучения». По мнению Фонда, принципы полиязычного образования должны осуществляться только в старших классах.

Эксперт Фонда «Уйгур мэктиви» Гульчан Нураханова, озвучив количество учеников, обучающихся на уйгурском языке в разных районах Алматинской области и в Алматы, отметила, что получить сведения оказалось не совсем просто.

«Эксперты получали информацию из различных источников: от преподавателей, библиотекарей, родителей, методистов. Многие респонденты предоставляли сведения, которые не совпадали с официальными. Официальные органы часто уходят от ответов, преподаватели также отказываются давать сведения, поскольку имеется негласный запрет», - считает она, допуская наличие погрешностей в исследовании.

Еще одна нерешаемая проблема, которую озвучил Алимжан Тиливалди, и подхваченная большинством участников «круглого стола» – отсутствие или нехватка учебников и методических пособий на уйгурском языке, что напрямую отражается на желании родителей отдавать детей в классы на родном языке.

Некоторые пособия имеют тираж 30-40 экземпляров, уже начался учебный год, а учебники по уйгурскому языку и литературе дошли не до всех школ, делится Тиливалди и задает риторический вопрос: «Кто-то должен отвечать за это?»

О том, что в уйгурских школах и классах тотальная нехватка всего, высказались вслед за Алимжаном Тиливалди и многие участники круглого стола из числа учителей и общественных деятелей. Пособия по дошкольному образованию приходится придумывать самим, где-то помогают уйгурские культурные центры –закупают учебники и тетради, стоимость которых зашкаливает, иногда доплачивают учителям за перегруженность, но в целом ситуацию это не спасает.

По результатам исследования эксперты и участники «круглого стола» подготовили государству десятки рекомендаций, и если хотя бы четверть из них будет реализована, это уже может переломить ситуацию.

Сейчас в планах исследователей провести аналогичные встречи с преподавательским составом, родителями школьников и представителями госорганов в районах Алматинской области, где компактно проживают уйгурские общины.

Присоединяйтесь к обсуждению публикации на Facebook: