КАЗАХСТАНСКОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ БЮРО ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА И СОБЛЮДЕНИЮ ЗАКОННОСТИ

Что случилось в Караганде в последний день старого года и ранним утром первого новогоднего дня, а затем и в первое посленовогоднее воскресенье, что писали обо всём этом в соцсетях и что говорили об этом уже на этой неделе депутаты Мажилиса и министр информации.


Наступивший 2019 год событийно начался не в официальной столице Астане и не в южностоличном Алматы, а в расположенной посредине между ними Караганде. Именно там в последний день старого 2018 года, а затем в новогоднюю ночь произошли два события, определившие информационную повестку посленовогодней декады благодаря появившимся в первые послепраздничные дни видеороликам и комментариям к ним в социальных сетях.

«Братва, не стреляйте друг в друга!..»

Первым по времени действия был видеоролик одного из фрагментов праздничного мероприятия в карагандинской полицейской академии (бывшая Карагандинская высшая школа милиции, некогда единственная в Казахстане, а потому до сих пор воспринимаемая как главная кузница полицейских кадров). На этом видеоролике, наверняка снятом кем-то из участников мероприятия и выставленном в соцсетях отнюдь не в разоблачительных целях, а ради хвастовства, было запечатлено выступление заместителя начальника первого курса А.Тас­тайбекова перед строем курсантов. Педагог в погонах наставлял своих питомцев на предмет того, что все они – одна братва и мафия, а приобретёнными за годы обучения в академии связями им предстоит пользоваться до конца жизни, уводя друг друга от ответственности за совершаемые поступки. Ответом на пламенную речь начальника было дружное «ура!», которым завершался ролик

Данная публикация вызвала шквал комментариев в казахстанском сегменте Фейсбука отнюдь не новизной сказанного оратором (большинство авторов постов и комментов именно такой и представляют себе нашу полицию вместе со спецслужбами, прокуратурой и судами), а тем обстоятельством, что это было не обличение со стороны, а публичное бахвальство изнутри одиозной системы. И фейсбучный скандал возымел действие: уже в первый посленовогодний рабочий день пресс-служба МВД РК сообщила о проведённой в карагандинской академии служебной проверки, по итогам которой несдержанный на язык замначкурса был уволен, в ещё через пару дней стало известно о замене начальника академии.

«Римская империя времени упадка…»

Однако этот скандал почти сразу же был потеснён на ФБ-медийном поле следующим по времени действия событием в той же Караганде, случившемся на исходе новогодней ночи, а точнее в три часа утра 1.01 в ресторане с весьма неожиданным для казахстанской глубинки названием «Древний Рим». Здесь произошла массовая драка между двумя группами посетителей (по другой версии – между группой посетителей  и персоналом ресторана), в которой один человек погиб и двое были госпитализированы. При этом пострадавшие и предполагаемые виновники оказались двух разных национальностей (первые – казахской, вторые – армянской), а владелец ресторана – армянин, каковое обстоятельство придало бытовому по всем признакам конфликту межэтнический смысл, а его обсуждению в соцсетях – высокий градус, азарт и страсть.

В следующие дни данная тема имела продолжение не только в онлайне, но и оффлайне: 6 января в Караганде прошло нечто вроде несанкционированного митинга у зданий департамента полиции и акимата с шествием от одного места к другому с участием примерно трёхсот человек. Они требовали от полицейского начальства и администрации региона скорейшего выявления и наказания преступников и высказывали ряд претензий к армянской общине. В отличие от абсолютного большинства других случаев массового сбора людей в общественных местах, никто из участников и возможных организаторов «массовки» не был привлечён к административной ответственности за «нарушение порядка проведения митингов и шествий». Это обстоятельство навело одних фейсбучных комментаторов на мысль о том, что наконец-то власти начали считаться с проявлением гражданской активности, а других – на мысль о том, что раз никого не разгоняли и не привлекали, то протест был негласно одобрен властями, а то и вовсе организован сверху.

На старте года – поножовщина, на выходе – новое урезание языков?

Вот как аргументировал эту версию наш коллега Сергей Дуванов в своём ФБ-аккаунте: «Одна из версий – что этот ксенофобский шабаш был не сам по себе, а санкционирован из Ак-орды с целью напомнить обывателям, кто в Казахстане главный гарант межнационального согласия и социальной стабильности. Для этого собственно и нужна волна ксенофобии, которая создаст напряженность в обществе и страхи перед ползучим национализмом. И тут в самый кульминационный момент появляется Гарант или кто-то рангом пониже и расставляет всё по своим местам. Все «сестры» из госорганов получат причитающиеся им «серьги», а крайними окажутся сплетники из соцсетей и сами граждане, доверчиво поведшиеся на дезинформацию. Обыватели успокоятся, и, махнув рукой на задравшие их проблемы, скажут, мол, пусть Гарант и дальше сидит, лишь бы не было войны»

Далее наш коллега предсказывал: «А чтобы подобное не повторилось, будет принят очередной закон или поправки в существующее законодательство, ужесточающие ответственность за распространение информации и высказывание личного мнения в соцсетях. После чего выражать там недовольство действиями властей будет себе дороже».

«Провести проверку и усилить контроль»

Свой пост Сергей Дуванов опубликовал 7 января, а уже на следующий день на первом в новом году заседании Мажилиса прозвучали выступления депутатов Нуртая Сабильянова и Наринэ Микаелян, в которых можно было усмотреть (и некоторые ФБ-комментаторы усмотрели) сбычу предсказания о готовящемся «затыкании ртов» всем любителям порассуждать в соцсетях о национальном вопросе. Правда, мажилисмен и мажилисвумен ни разу не употребили терминов «социальные сети» или «Фейсбук», заменяя их термином «СМИ», хотя как раз таки в традиционных медиа тема карагандинской поножовщины не освещалась и не комментировалась вообще никак. Впрочем, казахстанское законодательство уже давно включило в понятие «СМИ» не только медийные сайты, но блоги, аккаунты и комменты.   

Итак, депутат по квоте Ассамблеи народа Казахстана (АНК) Наринэ Микаелян сделала на парламентском заседании 8 января следующее заявление: «Несомненно, здесь необходимо особо отметить роль и ответственность СМИ. По этой причине прошу Министерство информации и коммуникаций взять на системный особый контроль данный вопрос».

Депутат же по общему списку «народных избранников» Нуртай Сабильянов выразил надежду на то, что лица, имеющие отношение к данному уголовному делу, будут наказаны по справедливости, поскольку «все равны перед законом. Однако касательно данного случая некоторыми СМИ приводятся разные сведения. Нашей целью является сохранение политической стабильности и общественного согласия, продолжение экономического развития, укрепление независимости и целостности государства. Просим обеспечить объективность, конкретность и проверку материалов СМИ касательно данного случая», – обратился депутат персонально к министру информации и коммуникаций Даурену Абаеву.

Не планируя разбирать по косточкам процитированные пассажи, выделим лишь одно полуфразие насчёт того, что «касательно данного случая некоторыми СМИ приводятся разные сведения». Здесь у нас помимо процедурного возражения насчёт того, что освещали и комментировали «древнеримский» конфликт не СМИ как таковые, а авторы постов в соцсетях, напрашивается риторический вопрос: сообщение разными СМИ разных сведений об одном событии, а тем более высказывание разными авторами разных оценок такового – это нарушение закона? И если да, то значит ли это, что разные СМИ должны сообщать одинаковые сведения и мнения?

В принципе, депутат Сабильянов этого напрямую не утверждает, но интонационно нечто подобное у него таки прозвучало или нам послышалось. И не только нам, но и юристу и правозащитнику Ерлану Калиеву, который именно так прокомментировал на ФБ этот пассаж из выступления мажилисмена.

«Давайте разглашать служебные секреты, чтоб крали их у нас Жаннеты и Жоржетты!»

Мы же отметим на полях данной темы некую однобокость или несимметричность. Предновогодняя и посленовогодняя карагандинская повестка включала в себя два разных сюжета – ресторанно-драковый из раннего утра 1.01 и полицейско-академиевский из предпраздничного 31.12. Почему-то в Мажилисе не нашлось двух других депутатов, которые потребовали бы от министра внутренних дел Калмуханбета Касымова проверить достоверность скандального заявления замначкурса Карагандинской академии МВД насчёт мафиозно-братковской природе родного ведомства. Любознательные мажилисмены могли бы также поинтересоваться у министра полиции: за что именно уволили невоздержанного на язык педагога – за грязную клевету на белые и пушистые органы или за разглашение служебного секрета?

Депутаты взывают к министру, министр отвечает депутатам

Однако вернёмся от непрозвучавших депутатских выступлений к реально прозвучавшим. И отметим, что при сложившемся у нас за многие годы право­защитных наблюдений очень настороженном отношении к депутатским инициативам в области СМИ, почти всегда направленным на усиление запретов и стеснений, в данном случае приходится констатировать неполную очевидность такового подхода именно сейчас.

Здесь получается «так на так»: с одной стороны, депутатский призыв к профильному министерству «проверить» и «взять на контроль» может быть первым актом расписанной партитуры нового зажима свободы слова в стране, с другой стороны, результатом чаемой проверки может стать ответ в духе «проведённой проверкой нарушений действующего законодательства не выявлено». Понятно, что столь примирительный ответ может быть вторым актом той же партитуры, но на чуть другой мотив: в многолетней истории зажима свободы слова в Казахстане известны случаи не только скоростного принятия репрессивных законопроектов, но и случаи итогового непрохождения оных.

И первая реакция же министра информации Даурена Абаева на выступления депутатов Сабильянова и Микаелян была скорее примирительной по отношению к средствам массовой информации в целом. Комментируя в интервью агентству «Хабар» от 10.01 выступления депутатов, министр как бы даже взял СМИ под защиту: «Действительно, в нашей стране нужно хранить мир и согласие. Межнациональное согласие – один из главнейших приоритетов нашей страны. В данном случае, я думаю, произошло некоторое смещение акцентов. Если проанализировать освещение инцидента, то журналисты, средства массовой информации, наоборот, подошли к нему с максимальной ответственностью. Наш мониторинг не зафиксировал каких-либо серьезных нарушений, манипуляций фактами».

Затем министр информации провёл операцию по отделению медийных овнов от сетевых козлищ: «Другое дело, что в социальных сетях и мессенджерах имело место эмоциональное нагнетание обстановки, и правоохранительные органы этими случаями занимаются».

Глава профильного ведомства коснулся также и темы контроля над СМИ: «Что касается контроля, к которому нас призывали, то на сегодня он и так осуществляется в рамках действующего законодательства. Предусмотрена ответственность за распространение заведомо ложной информации, разжигание социальной межнациональной розни и так далее».

Весьма трезво прозвучали и рассуждения министра в ответ на вопрос о причинах превращения бытового конфликта в как бы межнациональный, причём такой масштабный и резонансный. «Этот конфликт нельзя назвать межнациональным. Это был бытовой конфликт, в котором приняло участие довольно много людей. Хочу просто отметить. что за первые семь дней нового года в Казахстане было совершено 39 умышленных убийств и 46 случаев причинения тяжкого вреда здоровью. В основном все эти преступления совершены на почве совместного распития спиртных напитков, то есть причина преступления кроется в совершенно другой плоскости».

С такой оценкой нам трудно не согласиться, даже если она звучит из уст идеологического чиновника, на которого у казахстанских журналистов и прессозащитников давно уже вырос большой зуб. Однако подождём дальнейшего развития событий в сфере законотворчества и правоприменительной практики в сфере масс-медиа и соцсетей.

Присоединяйтесь к обсуждению публикации на Facebook: