КАЗАХСТАНСКОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ БЮРО ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА И СОБЛЮДЕНИЮ ЗАКОННОСТИ

В области прав человека Казахстан продолжил поступательное движение вниз – такой основной вывод напрашивается вслед за событиями 2018 года, которые не дают никаких оснований для оптимизма.


В области прав человека Казахстан продолжил поступательное движение вниз – такой основной вывод напрашивается вслед за событиями 2018 года, которые не дают никаких оснований для оптимизма. Преследования по политическим мотивам, политические суды, атаки государства на правозащитников и профсоюзных деятелей, закрытие одного из последних независимых СМИ, новые рестриктивные законы, пытки в закрытых учреждениях и полицейский произвол на улицах: все это стало обыденными атрибутами казахстанской действительности. Более того Астана демонстративно и принципиально отказывается реагировать на решения правозащитных органов ООН, как бы подчеркивая взятый курс на самоизоляцию по примеру близкого во всех смыслах Туркменистана.

ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ ИНИЦИАТИВЫ

Еще в мае Мажилис одобрил в первом чтении законопроект о религиозной деятельности, предусматривающий 53 изменения и дополнения в 12 законодательных актов. И хотя существующий Закон о религиозных объединениях вызвал множество нареканий внутри страны и за рубежом, а также «способствовал» значительному сокращению религиозных групп, новый законопроект в еще большей степени ужесточает практику и ограничивает свободу религии. Разве что есть надежда, что законопроект будет «похоронен», так как слишком уж долго про него ничего не слышно.

Зато 29 мая президент Назарбаев подписал спешно принятые поправки в законодательство о выборах, предусматривающие переход от мажоритарной к пропорциональной системе выборов в маслихаты. Другими словами, в маслихаты проникнуть можно будет только по партийным спискам, закрыв доступ для самовыдвиженцев. С учетом того, что в Казахстане по сути одна правящая партия – «Нур отан», то можно считать, что беспартийных граждан лишили минимальной возможности участия в политической жизни страны.

28 октября вступил в силу закон, дающий право четырем органам - Генеральной прокуратуре, Комитету национальной безопасности, Министерству внутренних дел и Министерству обороны - блокировать Интернет и средства связи при чрезвычайных ситуациях социального, природного или техногенного характеров, а также при введении чрезвычайного положения.

Помимо этого государство серьезно озаботилось необходимостью слежения за своими гражданами во Всемирной паутине. Для того приняли правила обязательной регистрации абонентских устройств сотовой связи до 1 января 2018 года. Официальное объяснение, что это делается для блага же казахстанцев, чтобы в случае краж легче находить девайсы, общество всерьез не восприняло. Тем более что благодаря хакерам стало известно, что за деятельностью граждан в социальных сетях уже следит российская программа, разработанная для ФСБ. Причем, у нас бенефициаром данной системы выступает Министерство информации, и, стало быть, граждане сами через свои налоги оплачивают слежку за собой.

Под конец года сенат принял очередной неоднозначный законопроект о здравоохранении. Отдельным пунктом в нем прописана возможность проведения клинических исследований на уязвимых группах населения. Конечно, исследования будут только на «добровольной» основе и, вероятно, не без оплаты, но тем не менее… В условиях всеобщего недоверия к власти такие инициативы получают очень своеобразную трактовку.

ПРАКТИКА

Если вышеприведенные инициативы – это пока что, в основном, на будущее, то на практике государство вполне уверенно использует уже имеющиеся законы (или попросту обходится без таковых) в своей неустанной борьбе с политическими оппонентами, профсоюзами, гражданским обществом или пользователями социальных сетей.

В первую очередь  - это объявление экстремистским и наложение тотального запрета на полувиртуальное движение «Демократический выбор Казахстана». Судебное решение по этому поводу, полученное с боем, не внесло никакой ясности. Есть ссылки на некие экспертизы и все, поэтому всем понятно и без того. И хотя движения полувиртуальное, но судебные процессы и тюремные сроки в отношении его сторонников или просто попавшихся под руку – вполне реальны. В данном случае движение действительно поставлено вне закона, то есть действие казахстанского законодательства в отношении симпатизирующих ДВК не распространяется, международные нормы права в Казахстане давно забыты. Чего стоят преследования граждан, имевших неосторожность появиться на улицах и площадях с шариками цвета государственного флага или просто в элементах одежды синего цвета! Но это действительно показатель того, что казахстанская власть уверенно порвала с реальностью и живет среди выдуманных ей образов врага.

Раз есть запрещенное политическое движение, объявленное экстремистским, значит, должны быть образцово-показательные суды над теми, кто явно или скрыто ему симпатизирует. За этим дело не стало, и второе полугодие прошло под знаменами политических судебных процессов, пополнивших копилку казахстанских политзаключенных новыми лицами. Это Абловас Джумаев из Актау и Асет Абишев из Алматы. К условным срокам лишения свободы приговорены Бакиза Халелова (Уральск), Асет Нуржаубай (Алматы), Фарит Ишмухаметов (Семей), Муратбек Аргынбеков (Акмолинская область), неназванный полицейский (Атырауская область). Под судом находится супруга Абловаса Джумаева – Айгуль Акберди, под следствием Муратбек Тунгишбаев (Алматы), Болатхан Жунусов (Талдыкорган) и еще несколько человек в различных регионах Казахстана.

Отдельно стоит выделить дело алматинских «джихадистов», которых также пытались привязать к ДВК еще до того, как оно стало запрещенным. Дело развалилось в суде, тем не менее, людей осудили. Лишь один из них - Оралбек Омыров косвенно оказался причастен к этой постановке, тогда как Алмат Жумагулов и Кенжебек Абишев стали просто невольными участниками «разводки» спецслужб, сев за это на 8 и 7 лет соответственно.

Наконец, дело бизнесмена Искандера Еримбетова, которое с ДВК напрямую не связано, однако же, предприниматель стал еще одним заложником системы, как и бывший президент компании «Казатомпром» Мухтар Джакишев. И то, что бизнесмена осудили фактически за получение прибыли, тому показатель, а всем остальным, кто связывается с государством – наука.

О том, что с государством лучше не связываться, может подтвердить освобожденный в позапрошлом году глава Союза журналистов Казахстана Сейтказы Матаев. Однако его сын – генеральный директор информационного агентства КазТАГ Асет Матаев продолжает отбывать «наказание».

Отрадно, что в этом году на волю вышло несколько политических узников – профсоюзные деятели Амин Елеусинов и Нурбек Кушакбаев, правозащитник Вадим Курамшин, гражданский активист Талгат Аянов, профессор Саят Ибраев, последователь «Свидетелей Иеговы» Теймур Ахметов, эколог Ержан Оразалинов, фермер-обличитель коррупционеров Едыге Батыров, блогер Санат Досов, где-то на подходе к свободе жертва карательной психиатрии Наталья Уласик. Однако же «старых» политузников осталось столько же: упомянутые Мухтар Джакишев и Асет Матаев, диссидент Арон Атабек, журналист Ярослав Голышкин, правозащитники Макс Бокаев, Махамбет Абжан и Санат Букенов, блогеры Игорь Чуприна, Игорь Сычев и Руслан Гинатулин, и десятки осужденных по «религиозным» статьям.

Под завершение года произошло еще два ареста, не связанных с приснопамятным ДВК – гражданского активиста из Астаны Кайырлы Омара и Сырыма Абдрахманова - критика заместителя главы столичной горадминистрации

Из основных событий, характеризующих уходящий год и направление, взятое Астаной:

  • Изнасилование мальчика в ЮКО вскрыло целый гнойник: это позиция замалчивания со стороны госорганов всего неприглядного, что только происходит. Но даже когда все вскрылось, полиция и (самое неприятное) детский омбудсман Загипа Балиева предприняли все возможное, чтобы дело не получило огласки и, по сути, оказались по одну сторону с обидчиками ребенка. Более того, прокуратура взъярилась на адвоката потерпевшей стороны Бауыржана Азанова, резонно опасавшегося, что процесс спустят на тормозах, и обвинила его в расшатывании государственного строя. 
  • Убийство прославленного фигуриста Дениса Тена показало, насколько общество не доверяет нашей полиции (причем за дело) и насколько полицейское ведомство не желает меняться, максимум на что оно согласно пойти - сменить полицейскую форму, но никак не содержание. 
  • Дело этнической казашки из Китая Сайрагуль Саутыбай пробудило от спячки некоторую часть общества. Более того президент РК, МИД РК и Всемирная ассоциация казахов последними узнали, что в соседнем государстве уже несколько лет идут масштабные репрессии по этническим и религиозным мотивам. Сейчас Сайрагуль находится в подвешенном состоянии – вроде бы пока на исторической родине, но которая отказала ей в убежище. Однозначно, что в таком же подвешенном состоянии находятся и казахстанские власти: с одной стороны интересы могучего партнера и кредитора, с другой – общество. 
  • Обыски в изданиях Ratel.kz и Forbes-Kazakhstan по заявлению экс-министра финансов, а ныне уважаемого предпринимателя Зейнуллы Какимжанова. Как раз таки некоторые журналистские материалы, касающиеся истории успеха предпринимателя Какимжанова, заставили последнего серьезно обидеться, да так что удалось не только финансово наказать популярнейшее сетевое издание, но и по совпадению закрыть Ratel.kz уже по иску прокуратуры. 

Менее известны два процесса, но показательны, как под «раздачу» могут попасть и те, кто вне политики.

Елена Иванова – оказывается, заявление о харрасменте может быть трактовано как клевета. И нет смысла пояснять, кто победил: бывшая выпускница детдома или бывший депутат.

Еще одно неоднозначное дело – алматинца Александра Кузнецова. С одной стороны заостряет внимание на том, как может трактоваться самооборона. C другой – на влияние Facebook’а на суд. В любом случае в аналогичную ситуацию может попасть совершенно любой, вне зависимости от политических предпочтений. А вот рассмотрение в суде может совпасть с сиюминутным политическим трендом, и дай Бог, если все стороны придут к согласию, или, по крайней мере, не будут иметь претензий друг к другу. Но в силу того, что судебной системе доверия нет, то в деле Кузнецова обе стороны посчитали, что с ними обошлись несправедливо.

Кстати, о судебной системе. О чем год за годом говорят правозащитники, наконец-то, дошло до главного бия страны – Жакипа Асанова: то, что судебная система в Казахстане заточена на «посадку», зачастую абсолютно невинных людей. И что 99,8% обвинительных приговоров – это совершенно нереальный и ненормальный показатель. После этого даже демонстративно пересмотрели ряд дел и освободили невиновных, но это даже не верхушка, а кончик айсберга. Однако же, если реабилитировать всех незаконно осужденных или привлеченных к ответственности, так никаких бюджетных денег не хватит.

В остальном: на «зонах» и в закрытых учреждениях пытают, любые акции протеста разгоняют (и даже присутствие депутатов Европейского парламента не спасет – Астана должна демонстрировать свою независимость ни от чьего мнения). Жаловаться «закулисе» тоже не рекомендуется. Но пока за это еще не сажают.

И в завершенье: из-за нарушения прав рабочих и преследования профсоюзов США пригрозили исключением РК из списка стран – торговых партнеров США, получающих преференции, как развивающиеся. Однако пока что все нормально, разве что Международная конфедерация профсоюзов (МКП) проголосовала за лишение полномочий официальной делегации Федерации профсоюзов Республики Казахстан и за приостановление ее членства. Так что лиха беда начало…

Одно спасает: официальная Астана перестала обращать внимание и на свой международный имидж и на свои международные обязательства. Последнее подтверждается принципиальным нежеланием выполнять решения конвенционных органов Организации Объединенных Наций. В уходящем году только в двух случаях Астана выполнила требования всемирной организации: освободив Теймура Ахмедова и вернув штраф Андрею Королеву. Однако же, несмотря то, что Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям признала таковыми аресты и тюремные сроки в отношении Макса Бокаева и Искандера Еримбетова, оба продолжают незаконно находиться в заключении; несмотря на решение Комитета ООН по ликвидации дискриминации женщин Анна Белоусова так и не получила причитающуюся компенсацию; как и парализованный по пояс Жаслан Сулейменов, ставший жертвой пыток со стороны сотрудников КНБ и колонии (в его пользу вынес решение Комитет ООН по правам человека).

И что самое печальное - 2018 год оставил у себя адвоката Серика Сарсенова, журналиста Шарипа Куракбаева и правозащитницу, вышедшую за рамки Российской Федерации, Людмилу Алексееву – светлая им память.

В остальном… пожелаем всем надежды на лучшее, но нужно быть готовым ко всякому. Не забывая, где мы живем…

Присоединяйтесь к обсуждению публикации на Facebook: