КАЗАХСТАНСКОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ БЮРО ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА И СОБЛЮДЕНИЮ ЗАКОННОСТИ

Алматинка Ирина Романенко почти месяц провела в психиатрической лечебнице из-за… вылитого с балкона таза воды!


Оказывается, в нашей стране можно отправить в психушку практически любого, даже самого здорового человека! Так случилось с Ириной Романенко, женщиной чуть за 30, у которой произошла банальная перепалка с соседями из-за вылитой за балкон воды. К ней пришел участковый, но не для того, чтобы пожурить из-за скандала, а для… принудительной госпитализации в психиатрическую больницу. Вместе с Ириной в клинику угодила и ее пожилая мама…

11 августа 2017 года в Алматы было очень жарко. Ирина Романенко стирала белье и развешивала его на балконе, перед этим прополоскав в тазике. После окончания стирки она выплеснула остатки воды на улицу, что вызвало недовольство двух соседок. Впрочем, до скандала с мордобоем дело не дошло - в сторону Ирины прозвучало несколько реплик, и на этом, казалось, конфликт был исчерпан. А затем к Ирине заглянул участковый старший лейтенант Аян Бекбенбетов.

- Если честно, я этого полицейского видела первый раз в жизни, - вспоминает Романенко. - Он объяснил, что на меня поступила жалоба, спросил, что могу пояснить по этому поводу. По словам соседей, я якобы вылила за балкон нечистоты, что их сильно возмутило. Я ему объяснила, что полоскала белье после стирки в тазу с чистой водой. То, что осталось, я и вылила. После этого участковый сказал, что в таких конфликтах сейчас помогают разбираться психологи, не против ли я поговорить с ними? Я согласилась. Во второй раз старший лейтенант пришел уже с людьми в белых халатах. Мне сказали, что надо ненадолго съездить в больницу. Мама сказала, что тоже поедет. Вместе мы сели в «скорую помощь». Только когда приехали на место, я поняла, что нас привезли в психиатрическую лечебницу! То есть нам даже не объяснили, куда мы едем и на какое время. Если бы я знала, то хотя бы взяла с собой зубную щетку и мыло. Получается, просто обманули.

Женщин привезли на улицу Каб­лукова, где располагается Центр психического здоровья. Там их осмотрели дежурные врачи, после чего обеим было рекомендовано пройти курс лечения.

- Нам дали какие-то бумажки, мама свою подписала, а я отказалась, - объясняет Ирина. - Как потом выяснилось, это было согласие на добровольное прохождение месячного курса лечения. Естественно, я была против, но никто и не спрашивал. У меня забрали одежду, дали халат. На ночь привязали к кровати и меня, и маму. Нам потом объяснили, что в первую ночь привязывают всех: мало ли, может, буйного привезли… А потом все дни были похожи один на другой: завтрак, обед, ужин, первые дни кололи лекарство. Сказали, что это аминазин - успокоительное.

К счастью, женщинам не пришлось лежать привязанными все время к кроватям. Днем они проводили время, общаясь с другими пациентами.

- Там нормальных людей очень много, - уверяет Ирина. - Молодых девчонок хватает. Рассказывают свои истории - удивляешься. Одна с мамой поругалась из-за парня, начала волосы на голове рвать - мама ее закрыла на месяц, ее тут совсем обстригли. Другую муж обижал, а когда она ему отпор дала, тоже оказалась в клинике. Третья вообще лежит из-за каких-то коррупционных дел, я уж подробностей не знаю, но так про нее говорят. Есть абсолютно адекватные, но они каждый год по месяцу там проводят в целях профилактики. Отношения между пациентами хорошие, я бы даже сказала - дружеские. Меня привезли без вещей, так мне на первое время и зубную пасту дали, и другие принадлежности.

Так прошел почти месяц. Маму отпустили первой - 11 августа ее госпитализировали, а уже 4 сентября выписали. Вскоре засобиралась домой и Ирина. В один день ее погрузили в «скорую» и повезли… в суд, чтобы санкционировать ее дальнейшее пребывание в клинике. Запрос Центра психического здоровья о принудительном лечении рассматривала судья Айгуль Капарова из Бостандыкского райсуда по гражданским делам. И она начала разбираться, по какой причине Романенко вообще оказалась на Каблукова.

И тут выяснились интересные вещи. Например, рапорт участкового Бекбенбетова не был оформлен должным образом - он обратился к вышестоящему руководству с предложением о госпитализации, но при этом начальник РУВД Ауэзовского района разрешения на это не давал, его визы нет на документе. Старшего лейтенанта в суде спросили, чем он руководствовался, принимая такое решение. Он объяснил: дескать, соседи жаловались, что женщины кидают мусор с балкона, воду проливают в подъезде, конфликтуют, скандалят и так далее. Судью эти объяснения весьма удивили - участковый не предоставил никаких документальных подтверждений своим словам, не было ни протокола о выброшенном мусоре, ни каких-либо доказательств нарушений общественного порядка. Более того, ни Романенко, ни ее мать никогда не стояли на учете в психдиспансере.

Также судья Капарова опросила врачей из больницы, которые объяснили, что Романенко поставили предварительный диагноз аффективно-бредовый синдром, предположительно в рамках параноидальной шизофрении непрерывного течения со стабильным дефектом. Как оказалось, такое заключение дала комиссия сразу из пяти врачей, осматривавших поступившую пациентку. Но при этом ни один из докторов не удосужился проверить рапорт участкового без подписи начальника РУВД, не имевший законную силу!

Но и это еще не все. Также судья Капарова внимательно изучила заявление Центра психического здоровья в суд о принудительной госпитализации Ирины Романенко. В графе «заявитель» стояла фамилия директора предприятия Шайхасана Абесова, однако на самом деле бумагу подписала его заместитель Жанна Жолдыбаева. Представитель клиники объяснила: мол, первый руководитель отсутствовал на рабочем месте, вот за него и подмахнули документ. Но это не какая-нибудь мелочь, а явное превышение служебных полномочий!

Почему же в психиатрической лечебнице так вольно обращаются с документацией? Рапорт участкового не изучили, заявление подали с чужой подписью. И эти люди отвечают за наше психическое здоровье?

Разумеется, поговорила судья и с Ириной. Та на вопросы отвечала адекватно и окончательно убедила всех присутствующих, что в психиатрической помощи не нуждается.

- Из суда меня отпустили домой, и только потом я осознала, что могла остаться в больнице надолго, - разводит руками Ирина. - Причем я так и не поняла, почему участковый решил со мной так поступить. И ладно, я была бы пьяницей, устраивала гулянки в квартире или мужа у кого-то увела. Знаете же, как бывает, не квартира, а притон - бутылки, грязь, месяцами за коммунальные услуги не платят. Но у нас с мамой совершенно не так. Да и живем мы тут 30 лет, всех соседей знаем. И кто на нас жаловался, тех тоже знаем: одна женщина пьющая, а у другой сын - наркоман. У одной из них муж со связями, что ли. Может быть, с этим связано. Я, кстати, на них тоже жалобу писала, но никого в психушку не увозили, вообще тишина была. Участковый хоть какие-то меры принял? Рада, что все уже позади и я могу нормально работать, мама тоже в себя пришла…

Если злоключения Ирины Романенко уже закончились, то для врачей и участкового этот случай не пройдет без последствий. Судья Капарова направила частные определения в управление здравоохранения Алматы и департамент внут­ренних дел города, чтобы там разобрались со своими подчиненными. Ведь, похоже, полицейские и доктора уже поняли, какую власть они получили - хватай любого и привязывай к кровати, а потом еще аминазином и галоперидолом можно колоть месяц-другой…

ИСТОЧНИК:
Газета «Время»
www.time.kz/articles/nu/2017/11/08/sanitarnij-ches